Книга Порочный контракт, страница 116 – Анна Ковалева

Я всхлипнула и прикрыла глаза. Прости. Так легко это сказал. Как будто всего лишь на ногу наступил.

А если бы отдал меня наемникам этого Тагирова до того, как узнал правду? Если бы они меня порвали на части? Если бы превратили в воющий от ужаса кусок мяса?

А если бы эта пуля меня убила? Кому бы нужно было его «прости»?

Прости… Кажется, я скоро возненавижу это слово.

— А если бы я не выжила? Тогда что? Говорил бы свое «прости» памятнику? — обида так сильна, что буквально выливается наружу словами, больше похожими на снаряды.

Интересно, способен ли он хоть немного чувствовать боль? Потому что в этот момент мне очень хотелось её причинить.

— Не напоминай, — рыкнул Стас, сгребая меня в объятия. Наплевав на слабое сопротивление, он усаживает меня на колени и прижимает к себе. — Сука, я же чуть не рехнулся тогда.

Внутри что-то дёрнулось в ответ на эти признания, что-то теплое и светлое, но я и это смогла подавить. Верить Горецкому — себе дороже.

Старательно, кирпичик за кирпичиком, я возводила в своём сознании барьер, отделяя себя от Стаса, от всего того, что между нами было.

Это единственный способ для того, чтобы сохранить хотя бы что-то от моей изломанной на куски психики.

Получалось замечательно. Я перестала трястись, перестала реагировать на аромат его парфюма, даже прежде горячие прикосновения рук стали никакими. Наверное, такие же ощущения во мне мог бы вызвать манекен с витрины мужского магазина.

Не знаю, что именно почувствовал Стас, но спустя минут десять он вернул меня на диван сам. Смотрел при этом предельно мрачно.

«Что, не хочешь лапать резиновую куклу? Так ты сам меня такой сделал. Нравится?» — эти слова я пыталась передать ему одним взглядом. Крича безмолвно, но очень яростно.

— Да блядь, — выматерился он, резко вскочил и отошел к окну. Стекло задребезжало от мощного удара кулаком.

Кажется, мой посыл до него все-таки дошел. И крайне не понравился.

— Так ты расскажешь? — спустя пару минут я все же решаю вернуть разговор в нужное русло? — Кто такой этот Гревякин? Как он связан с Машей? И зачем они впутали меня в это дело?

— Гревякин та еще мразота. — начал Стас. — Дебошир, азартный игрок еще с молодости. А после смерти отца совсем слетел с катушек. Едва получив наследство, тут же начал его проматывать. Проиграл все: машину, магазин, который держал его папаша, все накопленные сбережения. В последний раз этот ублюдок, поняв что не хватает денег, заявил, что продаст свою сестру за пару тысяч зеленых. И ему похрен было, что сестра замужем и только недавно родила ребёнка.

— Господи, — мне стало дурно от услышанного.

— Естественно, его выпнули из казино, а охрана получила приказ не пускать его больше. — За долги он расплатился собственной квартирой.

— А дальше что?

— А дальше эта падаль пошла катиться по наклонной. Первое время жил у сестры, клянчил у нее деньги. А по пьяной ссоре однажды выболтал, что хотел продать ее за свои долги. Шурин после такого сломал ему нос и спустил с лестницы. Жаль только, что не добил.

Стас немного помолчал, снова налил себе виски и вернулся на диван. Сделал большой глоток и посмотрел на меня.

— Дальше он мотался по разным городам, потом перебрался в Москву. Вроде утихомирился, начал зарабатывать. Но зло на меня затаил, да и обычные деньги его не устраивали. Хотелось сразу миллионов, чтобы жить на широкую ногу. И мне подгадить мечтал. Вот и начал строить планы.