Книга Восхождение Морна. Том 13, страница 106 – Сергей Орлов

— Чего ты хочешь? — хрипло выдавил из себя Коробьин.

Голос у него заметно сел. Оценщик больше не пытался изображать хозяина положения, хотя изо всех сил старался держать фасон.

— Показаний, — я ответил ровно и без эмоций, посмотрев ему прямо в глаза. — Ваших официальных показаний против Эраста. Мне нужно, чтобы вы чётко и под запись подтвердили простые вещи: именно он подбросил мне этот набор, а я к запрещённой магии Пепла не имею вообще никакого отношения. Сделаете всё грамотно — и тогда, возможно, когда вся эта обуховская пирамида начнёт со свистом рушиться, вас не придавит тяжёлыми обломками.

Коробьин сжал губы в узкую бледную полоску.

— Ты блефуешь… — произнёс он.

Но в его тоне не осталось прежней металлической уверенности. Фраза прозвучала не как твёрдое обвинение, а как судорожная попытка зацепиться хоть за какую-то соломинку.

— Ты можешь рискнуть и проверить мои слова, — легко пожал я плечами. — Но если у тебя действительно есть голова на плечах, а мне про тебя рассказывали именно это, то ты уже и сам всё прекрасно понял.

Я медленно наклонился вперёд, уперевшись ладонями в стол и накрывая их взглядом сверху вниз. Моё полное превосходство и контроль над ситуацией висели в воздухе так плотно, что их можно было нарезать ножом.

— Давай, Коробьин, включай соображалку и принимай решение… Другого шанса вылезти из этой задницы у тебя уже не будет.

Он молча гипнотизировал меня взглядом ещё секунд десять, пытался судорожно переварить сказанное и найти хоть какую-то лазейку.

— Мы… мы подумаем, — наконец хрипло выдавил из себя Коробьин, хотя по его глазам было видно, что решение на самом деле он уже принял.

Оценщик резко поднялся из-за стола, нервным движением одёрнул свой пиджак, который сейчас выглядел помятым и потерявшим прежний лоск, и на негнущихся ногах направился к выходу. Пафнутьев тут же засеменил следом за старшим коллегой, по дороге дважды затравленно оглянувшись на магические наручники, лежавшие на столе.

Тяжёлая дубовая дверь за ними захлопнулась.

Ну что ж… С этими получилось даже проще, чем я ожидал. Теперь надо обработать главного зачинщика этой клоунады.

Эраст примчался в полном бешенстве и без малейшего намёка на хладнокровие.

Из коридора донеслись тяжёлые, чересчур быстрые и злые шаги. Где-то в отдалении гулко хлопнула проходная дверь, после чего растерянный дежурный попытался остановить гостя своим испуганным лепетом: «Эраст Аполлонович, вам туда категорически нельзя…».

Естественно, мажор эти предупреждения пропустил мимо ушей. Дверь допросной ахнула от мощного удара ноги, со звонким треском отскочила от каменной стены, и на пороге возник сам младший Обухов.

Вид у него был откровенно паршивый. На перекошенном от ярости и мертвенно-бледном лице выделялись покрасневшие, воспалённые глаза, выдававшие человека, который всю ночь беспросветно пил и так и не сомкнул глаз. Дорогой бархатный плащ он набросил впопыхах прямо поверх мятой домашней рубахи, словно второпях выскочил из дома.

За его спиной в узком полутёмном коридоре тревожно переминались с ноги на ногу двое здоровенных, быковатых охранников, наряженных в мундиры с шитым золотом гербом рода Обуховых. Мужики были явно не в своей тарелке, понимая всю глупость происходящего, однако внутрь допросной Эраст всё же ввалился в полном одиночестве. Он хотел казаться грозным хозяином положения, а потому решил расправиться со мной без помощи своей свиты.