Книга Последний гамбит, страница 143 – Дженнифер Линн Барнс

Тоби защищал меня. Он сделал кое-что для меня.

У вас есть дочь.

Даже две.

Я посмотрела на деревянный кубик в руке и подумала о маме, об этом человеке, о прошедших десятилетиях, трагедиях и коротких минутах, которые привели всех нас к этому моменту.

— Присматривай за ней, – сказал Тоби Грэйсону, когда в поле зрения появилась граница владений Блейка. – Заботьтесь друг о друге. – Журналистов разогнали, но Орен и его люди ждали нас там – как и Джеймсон Винчестер Хоторн.

Грэйсон увидел стоящего за воротами брата и ответил от имени обоих:

— Мы будем.

— Рыцарь возвращается с «девой в беде», – объявил Джеймсон, когда я направилась к нему. Он взглянул на Грэйсона: – Ты девица.

— Я догадался, – невозмутимо ответил Грэйсон.

— Что ты здесь делаешь? – спросила я Джеймсона, но на самом деле было неважно, почему он пришел, – главное, он здесь был. Я выиграла – в конце концов я выиграла, – и Джеймсон был единственным человеком на планете, кто мог понять, что именно я почувствовала в тот момент, когда увидела, что мой план работает.

Восторг. Возбуждение. Адреналин.

В момент, когда победа оказалась в моих руках, я словно стояла на краю самого мощного в мире водопада, рев которого заглушал все остальное.

Это было все равно что прыгнуть со скалы и обнаружить, что ты можешь лететь.

Все равно что Джеймсон и я, чем мы были вместе, и я хотела прожить все это снова с ним.

— Я подумал, тебя надо подвезти до дома, – ответил мне Джеймсон. Я посмотрела поверх него, ожидая увидеть Макларен, или один из «Бугатти», или «Астон Мартин Валькирию», но вместо этого я наткнулась взглядом на вертолет – поменьше того, на котором Орен привез меня сюда.

— Уверен, здесь нельзя сажать вертолет, – обратился к брату Грэйсон.

— Ты ведь знаешь, что лучше просить прощения, чем разрешения, – ответил Джеймсон, затем вновь посмотрел на меня знакомым мне взглядом, в котором одновременно читалось только попробуй, и я никогда не отпущу тебя. – Хочешь научиться летать?

* * *

Тем вечером я вертела в руках кубик, который дал мне Тоби. Мой палец зацепился за край, и я заметила, что кубик собран из сцепляющихся пластинок. Я медленно решила головоломку, разобрав кубик и разложив пластинки перед собой.

На каждой он вырезал слово.

Я

Так

Много

Вижу

В

Тебе

От

Твоей

Матери

И это вызвало во мне даже более сильные эмоции, чем момент, когда я обыграла Блейка.

* * *

На следующее утро, еще до того как все проснулись, я зашла в Большую залу и разожгла огонь в огромном камине. Я могла сделать это в своей комнате – или выбрать любой из десятка каминов в Доме Хоторнов, – но мне показалось правильным вернуться в комнату, где было зачитано завещание. Я практически увидела здесь призраков – всех нас в тот момент.

Я, думающая о том, как, должно быть, изменит мою жизнь наследство в виде нескольких тысяч долларов.

Хоторны, узнающие, что старик оставил все состояние мне.

Пламя в камине разгоралось все выше, и я посмотрела на бумаги в своей руке: документы о доверительной собственности, составленные Алисой.

— Что ты делаешь? – Либби подошла ко мне, она была в тапочках в форме гробов, и подавила зевок.

Я помахала документом:

— Если я подпишу это, это свяжет мои активы с трастом – по крайней мере, на некоторое время.

Все деньги. Все влияние.