Книга Проект «Наполеон», страница 116 – Вячеслав Уточкин

Подарив на прощание взгляд, обещающий мучительную смерть, это искалеченное существо медленно направилось к опушке рощи.

— Ты дура? В таком виде поползешь до усадьбы купца? Ну, удачи тебе! — я просто сочился сарказмом.

— Самшит разрушил мои артефакты для смены личины. Только такое ничтожество, как человек, может издеваться над беспомощным врагом — делая вид, что отпускает его, одновременно обрекая на смерть, — надменно произнесла рептилия.

— Колобок! — мысленно обратился я к тотему. — Можешь наложить временную иллюзию на эту тварь?

Возникший возле наги лысый ежик явно что-то доедал. Его появление вышло таким резким, что я вздрогнул. Дриада спряталась мне за спину. А змеедама приготовилась стать закуской моего тотема и в реальном мире.

Ежик взглядом опытного кулинара пробежался по фигуре поникшей дамы. Поднял лапу, пошевелил пальцами, и на месте наги появилось, скажем так, человекоподобное существо. Я бы описал его как Бабу Ягу после ночи бурной любви со Змеем Горынычем. Закончив эксклюзивную работу стилиста, ежик молча слинял в астрал.

Моя подруга дриада, глянув на колобковое творчество, сказала безо всякого акцента:

— Знаешь, считай, ты мне ничего не должен. Очень надеюсь больше тебя не видеть, — и торопливо растворилась среди заново зазеленевших деревьев самшитовой рощи.

Нага в образе сказочно потрепанной старухи грустно побрела в сторону опушки. А я направился к дому.

Не зря говорят: тяжелее всего ждать и догонять. В ожидании результата авантюры «Я чудовищ не боюсь, пришибить их всех берусь» я метался по усадьбе, распугав всех слуг. Даже родители и братья старались не попадаться мне на глаза.

Легкий четырехколесный фаэтон, подъехавший к центральному входу, застал меня во дворе, шагающим туда и сюда. Кучер помог выбраться из экипажа сильно избитому Андреа.

— Как ты? — быстро подойдя и помогая ему утвердиться на ногах, спросил я.

— Бывало хуже, но намного реже. На моем сиденье лежит кожаный бювар с документами. Его передает прибывший на днях из Англии лорд Уильям Кавендиш-Бентинк, будь он проклят. Это старинный торговый партнер отца, большая шишка в Ордене Змеиного Круга. Он явился вчера с целым отрядом вооруженных слуг и захватил мое поместье, всю охрану запер в казарме. А Маркантонио я, как назло, отпустил: его дочь прибыла лечиться, и он отправился за ней в порт Бастия. Но, посмотрев на этого лорда, я думаю, что Маркантонио и не справился бы.

Андреа вытер опухшие, разбитые губы.

— Этот неприятный джентльмен пригласил меня в известный подвал и очень жестко спрашивал, где находится товар, который для него собирал мой отец. Я пытался объяснить, что не в курсе этих дел отца. Но он видел у купцов медальоны, которые ты мне недавно передал через Жозефа, и утверждает, что товар хранится там же, где и эти медальоны. Извини, но пришлось сказать, что передал мне их ты. После этого меня оставили повисеть в подвале, а потом неожиданно отправили к тебе с этой посылкой, — договорил он невнятно и с трудом.

Я вызвал слуг. Под командованием Марии они поспешно отнесли Андреа в гостевые покои и занялись его ранами. Потом поймал пробегавшего Жозефа и отправил к герцогу Маналезе с просьбой прислать к нам Антонио как можно скорее.

Наконец, забрав папку из экипажа, ушел к себе, чтобы в тишине ознакомиться с ее содержанием.