Книга Князь Медведев. Слово рода, страница 78 – Вячеслав Уточкин

— Какой ещё роман⁈ — возмутился мужчина.

— Его собственный, — вздохнул старичок. — Я трижды пытался убрать оттуда антагониста. Безуспешно. Больше эта история меня не интересует. Всего хорошего.

Старичок нажал кнопку отбоя и заблокировал номер звонящего. Затем покачал головой и взял следующую тетрадь.

Аудитория исчезла, оставив во сне лишь кабинет. Роман Мазепов ещё несколько раз пытался дозвониться до собеседника, а когда у него это не вышло, в ярости швырнул переговорник в дверь.

На звук в кабинет заглянула молодая симпатичная «секретутка». Почему «секретутка»? Да потому что одета была… соответствующе. Проведя кончиком языка по пухлым губам, она прошептала:

— Звали, Роман Георгиевич?

Мужчина окинул её пустым взглядом и бросил:

— Держинского ко мне! Срочно!

Некоторое время тишину в кабинете нарушал только сдавленный мат хозяина. Наконец в помещение вошёл высокий боец. Пропотевшая спортивная форма говорила о том, что его выдернули с тренировки.

— Дзень добры, пан Мазепов, — едва заметно склонил голову боец.

— Фелициан, хочешь занять место главы безопасности нашего рода? — в лоб спросил хозяин кабинета.

— Так, — не дрогнув лицом, подтвердил Фелициан.

— В императорской тюрьме сейчас отдыхает юный Медведев. Сегодня ночью он должен умереть. Завтра ты займёшь место, которое мой дядя утратил по своей глупости. Прямо сейчас прикинь, что тебе понадобится. Деньги, артефакты… Думай.

Произнеся эту пространную речь, Роман откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

Фелициан несколько минут молчал, затем спросил на чистом русском:

— Юноша содержится под Тайницкой башней Кремля?

— Да, — подтвердил Роман.

— У меня есть выход на повара, обслуживающего персонал нижнего яруса и арестантов. Но обычные деньги здесь не помогут. В Аномалии нет карманов для их хранения.

Роман поднялся, открыл сейф и бросил на стол перед Фелицианом тонкий бархатный кошелёк.

— Здесь два «золотых червонца», — с раздражением произнёс он. — Один, как дело будет сделано, можешь оставить себе.

Роман хотел было что-то добавить, но неожиданно сон прервался.

Я открыл глаза и прислушался.

Тысячи виртуальных ударов бамбуковой палкой в хрустальной капсуле научили меня просыпаться от малейшего неестественного изменения в окружающем мире.

Лёгкое движение воздуха означало одно: кто-то открыл дверь в коридор.

Мысленно вздохнув об оставленном в машине ноже покойного Пырялы, я скатился с кровати.

Мимолётно пожалел, что мой выбор в капсуле-тренажёре пал не на курс рукопашного боя…

Ну да ладно, просто так я всё равно не дамся!

Сместившись за дверной косяк спальни, я приготовился к встрече.

Тягучие, словно смола, секунды отсчитывали время до неизбежной схватки.

Полумрак, тишина, запах тлена. Пытка ожиданием тянулась, как жвачка, прилипшая к подошве. И вдруг — чей-то едва слышный вздох ударил по ушам чуть ли не раскатом грома.

Выждав еще несколько минут, я, не выходя из боевого транса, переместился в гостиную. Входная дверь была приоткрыта, — неужели приснившийся мне сон оказался пророческим, и тот поляк уже здесь?

Как там его… Фелициан Держинский?

Всё ещё напряжённый, скользящим шагом приблизился к двери. Замер. Осторожно коснулся ручки, чтобы захлопнуть дверь, — и тут в мозг вонзилась раскалённая игла чужой мысли: