Книга Князь Медведев. Сила рода, страница 56 – Павел Вяч, Вячеслав Уточкин

Тайво начал постепенно разрабатывать руку.

— А чего ты решил продать артефакт?

Его взгляд опять стал злым.

— Три года назад грёбаный аристо из Академии в пьяном угаре сбил на машине мою сестру. — Тайво перешёл на крик. — Да, он выплатил символическую виру. Только сестра после этого инвалид, прикованный к креслу. А на целителя у нас денег нет. Стабильной работы у меня тоже нет. Даже на обезболивающие — и то нет. Думал, и ты такой же…

Наступившую тишину после его выплеска нарушало только наше дыхание.

— Сколько стоит лечение? — тихо спросил я.

— Один червонец.

— А в рублях?

— На чёрном рынке червонец стоит миллион. Вот и считай. Ладно, чего там, поехали.

Садясь на это чудо техники, я спросил:

— А сколько ты за артефакт хочешь?

— Один червонец в рублях. — И, усмехнувшись, добавил:

— Купишь?

— Банк по дороге будет?

— Ты что, серьёзно? Я пошутил, — смущённо произнёс он. — Эта фиговина максимум пятьдесят тысяч стоит. Купишь?

— В банк заскочим — куплю.

Похоже, Тайво брал уроки вождения у Алёны Арзамасской. К банку мы подлетели за десять минут.

В банке я снял миллион наличными и получил в подарок кейс из крокодиловой кожи, в который его упаковали. Передал этот кошелёк Тайво.

Тот, открыв дипломат, вначале тупо смотрел на пачки денег. Потом захлопнул и спросил:

— Зачем ты это делаешь?

— Потому что могу.

Отвечая так, я действительно хотел помочь. Парень вызывал симпатию своим поведением. Плюс столь редко просыпающееся шестое чувство шептало — так надо.

— Если будет нужна помощь или информация, сделаю всё, что смогу, и даже больше. Клянусь своей жизнью!

Кроме клятвы, я получил артефакт — золотого жука, насаженного на булавку. Убрал его в инвентарь.

Еще через двадцать минут я стоял на пустой парковке возле библиотеки. Снаружи она выглядела строго и лаконично. Огромные окна в медном обрамлении придавали воздушность зданию с облицовкой из необработанных камней.

На парковку вылетел чёрный сарай внедорожника. Резко тормознул. Кэт, сидевшая за рулем, рявкнула в открытое окно:

— Быстро в машину!

Внедорожник сорвался с места с визгом колёс. Я едва успел захлопнуть дверцу. За двадцать минут поездки по городу мы сумели нарушить все правила дорожного движения. Особенно запомнилась концовка нашего путешествия. Машина, прыгнув, как на трамплине, влетела в ворота захламленного ангара и встала, как вкопанная. Меня здорово приложило о лобовое стекло.

Кэт, уже снаружи, поторопила:

— Давай быстрей, чего ты там телишься?

Её крик придал мне сил. Я выскочил наружу и бросился за девушкой. И встал, как молнией поражённый: Кэт устраивалась за рулём такой знакомой розовой машины с фигуркой пони на капоте.

— Не тормози, садись! Времени в обрез! — рявкнула Кэт.

Розовый пони неторопливо покинул ангар. Через пять минут мы выбрались на трассу и, как законопослушные граждане, со скоростью шестьдесят километров в час потащились в сторону аномалии.

— Слушай, — обратился я к Кэт, — объясни наши последние акробатические действия.

— В Академию прибыла непонятная комиссия. Матери нет. Всем руководит Гнедич. Меня по непонятной причине задержали. Семён Семёныч сумел меня вытащить, и на его внедорожнике мы направились в Выборг. Заметили слежку. Семёныч остался, надеюсь, сумеет разобраться. Он дал наводку на свою захоронку. Такие дела, если кратко.