Книга Князь Медведев. Сила рода, страница 3 – Павел Вяч, Вячеслав Уточкин

Двери в одной боковой стене вели в спальню с ортопедической кроватью и гардеробом. Во второй — в совмещённый санузел с душевой кабиной.

Пока я занимался осмотром места своего будущего проживания, Алёна забросила мой чемодан в гардероб. Открыв встроенный в стену гостиной бар, она организовала маленькое застолье.

Потягивая виски со льдом, я задал вопрос:

— Получается, поезд пустили ради шестнадцати аристократов?

— Ради десяти. Плюс вагон-ресторан, вагон с дуэльной площадкой, вагон для охраны, вагон для начальника поезда и почтовый вагон. Ведь в поезде едут только наследники родов.

— А почему только наследники? — поинтересовался я.

— Потому что никто не будет считаться с наследником, если тот не имеет хотя бы пятого ранга. Он просто обязан поехать к Стеле.

Она сделала маленький глоток и продолжила:

— Ещё попозже подцепят три плацкартных вагона для мещан. По-моему, в этот раз их под сотню наберётся.

Мы замолчали, уйдя каждый в свои мысли. Взгляд зацепился за брошюру, валяющуюся на столе. На глянцевой обложке крупными буквами читалось название:

Услуги и правила поведения в спецпоезде «Золотой Кречет».

Быстро просмотрев услуги, я очень удивился ценникам. Открыл раздел правил поведения. Напечатанное красным шрифтом первое правило сразу приковывало внимание:

Категорически запрещено применять любые артефакты

во время следования поезда.

Нарушение приравнивается к террористическому акту.

— Потом почитаешь столь замечательную книжечку, — проворчала Алёна.

Залпом допив свою порцию, она продолжила:

— Я переживаю, как у тебя там сложится. Будь добр не влипать в неприятности до моего появления.

Постаравшись сделать голосок потоньше, я скорчил карикатурно серьезное лицо и протянул:

— Да, тётенька, я буду вести себя хорош-о-о-о. И обязательно буду надевать шерстяные носки.

Собравшаяся и дальше читать мне наставления Алёна расхохоталась. И я вместе с ней. Словом, сняли напряжение от расставания.

— Ты мне лучше расскажи о роде Мышиных. Как-никак, в одном вагоне едем.

— О, это у нас имперское чудо. В прошлом веке их род подгрёб под себя всю торговлю зерном. Ну и зазвездились. Императору это не понравилось. И от их рода остались рожки да ножки. Но прошло совсем немного времени — и они опять размножились, став самым многочисленным родом в Европе. Теперь этот род — монополисты по бобовым культурам. Но конфликт с Мазеповыми вновь пробивает брешь в их рядах. Недавно погиб в непонятной аварии первый наследник. И вот следующий едет к Стеле.

Я хотел задать ещё вопрос, но у Алёны зазвонил её переговорник. Выслушав, она ответила:

— Скоро буду.

А потом уже мне:

— Ладно, давай, не унывай. До скорой встречи. Мне пора.

Потискав меня в своих костодробительных объятьях, Алёна покинула купе.

Я остался один. Разобрал вещи, полистал брошюрку. До отправления оставался ещё почти час. Решил выбраться на платформу — размяться перед дальней дорогой.

Мне предстояло ехать в поезде чуть больше суток до Академии, находившейся между Коткой и Выборгом. Прогулявшись вдоль состава, я вернулся к своему вагону во время прощальных напутствий младшему Мышину. По его отсутствующему взгляду чувствовалось, что родичи уже не первый раз повторяют свои наставления.

Наконец проводницы попросили занять свои места. Я расположился в гостиной своего купе и принялся неспешно листать брошюру о правилах поведения в поезде, помня, что незнание законов не освобождает от ответственности.