Книга Князь Медведев. Гнев рода, страница 7 – Вячеслав Уточкин

Я подошёл к спящему Люцию, взял его за ногу и потащил к выходу.

Арка встретила меня полупрозрачной преградой. Внутри начала подниматься холодная ярость. Преграда? Передо мной? Какая нелепость!

Я вытянул левую руку и вцепился пальцами в пружинящую поверхность.

— Разрушься.

На одном из пальцев сверкнуло кольцо и исчезло вместе с преградой. Кольцо было невзрачное и совершенно недостойное меня. Ничего. Наведу порядок в Галактике и заменю этот жалкий артефакт.

Я, не оглядываясь, шагнул под арку.

Сверху по коридору тёк муравьиный ручей. Сотни хитиновых тел спешили ко мне, заполняя собой весь проход.

Ледяная улыбка раздвинула мои губы.

— Какие же вы тупые.

Я лениво поднял руку.

— Стоять.

Первые ряды замерли. Задние, напирая, создавали пробку. Неожиданно хруст хитиновых панцирей прекратился.

— Любопытно, — вслух произнёс я и придержал следующий приказ.

Пробка из поломанных муравьёв раздвинулась без моего приказа.

Ко мне вышел старый муравей. Он двигался медленно и спокойно, уверенный в своих силах и в праве повелевать.

Наивная букашка!

Я встретился с наглым существом взглядом и передал ему эту мысль.

Старый муравей остановился, будто натолкнувшись на стену.

— Мы поддерживаем порядок, — зазвучала его тупая мысль. — Мы служим всей Галактике. Ты не имеешь права нарушать равновесие.

Злой смех стал ему ответом. Эта развалина пыталась ограничить мои права.

— Повелитель имеет право на всё, что пожелает, — снисходительно сказал я, одновременно стирая разум муравья и вкладывая в него навыки ездового животного.

Закинув на насекомое тело Люция, я подошёл к замершим первым рядам.

— Разобраться, — приказал я мысленно, представив, как одна половина муравьёв расчленяет вторую на отдельные фрагменты.

Через пару минут передо мной лежали аккуратно уложенные сегменты.

— Красиво, — вслух оценил я выполненную работу.

Дальше пришлось поработать самому.

Из уцелевших муравьёв я создал хитиновую пробку в коридоре, чтобы эти насекомые не отвлекали меня от важных дел. А из запчастей одной мыслью сотворил охранника — Титана. Как и всё, что я делаю, он получился идеальным.

Оседлал старого муравья, использовав Люция вместо седла. Можно было переделать панцирь этого хилого насекомого для удобства поездки, но было лень.

Послав Титана вперёд, чтобы расчищал дорогу, я поехал к хранилищу кристаллов боли.

Мой хитиновый Титан легко справлялся со своей задачей. Я неторопливо ехал на подчинённом старом муравье. С левой стороны тянулись камеры с неудачниками.

Внезапно по нервам ударила волна неприятных чувств от потери связи с моим Титаном.

— Кто посмел⁈ — заорал я, спрыгивая с муравья.

Из-за поворота вышел невысокий мужчина в полувоенном френче. На его носу сверкало пенсне. Этот тип был мне смутно знаком. Внимательный взгляд скользнул по мне.

Неожиданно внутри меня завизжал противный голос:

Срочно убери меня в инвентарь!

Пока я пытался осознать эту нелепицу, мужчина поднял руку с раскрытой ладонью.

— Иди сюда.

После его слов пришла Боль с большой буквы. Казалось, через каждый нерв пропускали электроразряды. Я даже кричать не мог — только хрипел.

Через пелену видел, как с моей головы срывается крысиная корона. Белые нити, тянувшиеся от неё к моей голове, рвались и исчезали.