Книга Князь Медведев. Гнев рода, страница 55 – Вячеслав Уточкин

— Действуй, — прочирикал я сквозь зубы.

Теневик осторожно снял дракончика с моей руки и бросил на пол. С пояса снял кожаный мешочек. Неблагодарная рептилия тут же вцепилась мне в ботинок. Мне это не мешало. Пусть развлекается, лишь бы не рос.

— Хозяин, прошу вас сесть.

Ну почему бы и не посидеть. Я опустился на пол. Тем более что становилось всё хуже и хуже.

Теневик достал из мешочка жёлтую пыль, щедро посыпал мою многострадальную руку и заунывно затянул:

— Кость к кости, спица к спице, что сломалось, то срастится. Круг железный, сталь крепка. Соберись, твоя рука.

После последних слов вокруг руки возникло металлическое кольцо со спицами, проходящими сквозь кость. Раны затянулись.

А мне пришло мысленное уведомление:

Вы получили два балла Удачи.

За что — система не уточнила. Слепое везение во всей красе.

— Всё, хозяин, — устало прочирикал теневик. — Через день рука будет как прежде. Можно мне немного отдохнуть? Я пока не смог усвоить всю дарованную тобой энергию.

— Отдыхай.

Теневик облегчённо вздохнул и снова стал полупрозрачным.

Я перевёл взгляд на Тофану и Харченко. По фанатичному блеску их глаз понял: в ближайшее время, пока они не узнают всех моих секретов, более преданных соратников мне не найти.

Тофана ткнула пальцем куда-то вниз.

— Как?

Харченко тоже смотрел туда. На моём ботинке висел дракончик. Зубы намертво застряли в прочной коже ботинка из липучего аллигатора. Окончательно выбившись из сил, он устало раскинул крылышки.

Глядя на него, я вспомнил о своих фамильярах. В обычном проколе призвать их не составляло труда. А вот на дальних Дорогах чужих миров воспользоваться их помощью почти никогда не удавалось. Но попытаться стоило.

Я мысленно позвал Потапыча. Отсутствие результата — это тоже результат.

Я уже решил не тратить время на бесполезные попытки, когда неожиданно получил отклик. Воздух рядом с Харченко дрогнул, и появилась Дракоша.

Пётр Феофанович отреагировал мгновенно. Выхватив из инвентаря парадную рапиру, он попытался проткнуть незваную гостью. Дракоша ловко увернулась и плюнула в ответ небольшим огненным шариком.

На брюках графа, чуть выше колена, появилась дымящаяся дыра. Оба обиженно зашипели.

И если Пётр Феофанович просто шипел от боли, то Дракоша выражала возмущение словесно:

— Будешь своей зубочисткой махать — покусаю!

— Граф, притормозите, — попросил я, перехватывая рапиру Петра Феофановича. — Это мой фамильяр.

Дракоша гордо вскинула голову.

— Самый лучший фамильяр галактики!

И, выдержав небольшую паузу, неожиданно добавила:

— И эта прелесть очень любит сало.

Она оценивающе осмотрела застывших в полном обалдении Харченко и Тофану.

— У вас сало есть?

Оба синхронно покачали головами. Дракоша укоризненно вздохнула.

— Так и знала. Опять Миша с нищебродами связался.

Я с удовольствием наблюдал, как Тофана и Харченко трут глаза, не веря в происходящее.

Но того, что случилось в следующий момент, я даже предположить не мог.

Из тамбура выскочили две близняшки. В проявившихся телах и с короткими арбалетами в руках.

Где они их только взяли?

Два сухих щелчка ударили по нервам. Сердце пропустило удар, когда болты достигли Дракоши. Они не воткнулись, а расплескались золотыми пятнами и затянули её плотной сеткой.

Дракоша возмущённо заверещала, безуспешно пытаясь вырваться.