Книга Спасибо деду за Победу!, страница 76 – Алексей Махров

Дальше события резко пошли галопом — не успел мужичок вынырнуть из туалета, как на него из-за угла бросился разведчик. И тут же подскочил второй. Третьего я заметил возле сарая — он страховал напарников, держа на мушке выход. Однако захват прошел классически — никто не высунулся на шум, потому как, видимо, повязали неизвестного без звука. Десять секунд — и разведчики уволокли добычу со двора. Так-так… сейчас что-то будет!

Сидящие в сарае наверняка хватятся своего слишком долго отсутствующего товарища в самое ближайшее время. И либо сдернут отсюда на хрен, либо подготовятся к обороне. Так что проводить допрос языка просто некогда. Я искоса взглянул на Валуева — неужели он этого не понимает? Сержант безмятежно смотрел на… дальнюю опушку. Не прошло и двух минут, как из кустов осторожно высунулся один из разведчиков и начал подавать какие-то знаки.

— В сарае остались еще три человека, из оружия только ножи! — вполголоса перевел сигналы сержант. И сразу добавил командным тоном: — Глейман!

— Я! — откликаюсь на автомате.

— Ты со своими щеглами — в прикрытии! Смотри за подъездной дорогой! Увидишь немцев — стреляй два раза и отходи к старшине.

— А вы?

— А мы сейчас поглядим, что там за публика собралась! — решительно заявил Валуев, поднимаясь с места. — Альбиков!

— Я! — отозвался узбек.

— Подстрахуй ребятишек! Остальные — за мной, бегом!

И громадный, похожий на неандертальца, боец рванул с места, как спринтер. Остальные разведчики бросились следом, сразу отстав на два десятка шагов. Мне показалось, что двухсотметровую дистанцию до хутора Валуев пробежал за рекордное время — чуть больше десяти секунд. У ограды сержант притормозил и, взяв на прицел ворота сарая, подождал остальных.

Разведчики сработали как одна хорошо тренированная команда — двое остались снаружи, держа фланги и тыл, а остальные, весьма организованно, не перекрывая друг другу сектора стрельбы и не путаясь под ногами, пошли на штурм.

Внутри раздался крик, но не боли, а скорее… ярости. Что-то похожее на «сукиблязарэжу»! Грохнул выстрел, крик смолк, и красноармейцы принялись выволакивать во двор каких-то людей.

Тут я обратил внимание, что смотрю за развернувшимся действием не один — мои юные падаваны, вместо того чтобы следить за дорогой, открыв рты, наслаждались бесплатным шоу. Прикрикнув на ребят, заставляю их переключиться на выполнение приказа вышестоящего командования. Правда, сам продолжаю с интересом смотреть на работу разведчиков.

Бойцы быстро обыскивают пленников, связывают им за спиной руки и ставят в ряд на колени. Затем Валуев начинает экстренное потрошение, сопровождая вопросы несильными ударами кулака. Почему мне кажется, что несильными? Да потому, что бей он всерьез — допрос бы сразу закончился, ввиду скоропостижной смерти допрашиваемых.

Эх, послушать бы — о чем сержант спрашивает, а главное — что ему отвечают! Но нам приказали четко и недвусмысленно — следить за дорогой. И прямое нарушение этого приказа могло привести к самым непредсказуемым последствиям. Вот как бы я сам поступил с тем, кто, игнорируя мои команды, покинет ответственный пост? Минимум — начистил бы рыло. Максимум — расстрелял перед строем. Другим умникам в назидание. Понятно, что здесь за подобное нарушение меня не расстреляют. Да и рожу бить — тоже вряд ли будут. Потому как молодой еще и не их подчиненный. Но как после такого поступка добиваться дисциплины от своих ребят? С которыми мне еще раненых за линию фронта вывозить — а успех этого предприятия целиком зависит от доверия исполнителей командованию, то есть мне, и, соответственно, безоговорочного подчинения исполнителей приказам командира. Так что… я лучше посижу, где сказали. А всю необходимую информацию до меня доведут. Если сочтут нужным.