Книга Экспансия. Том 1, страница 86 – Джек из тени

Он проследил за её взглядом и увидел то, на что она смотрела. Город под её командованием превращался в муравейник, где каждый знал свою задачу. Это было не похоже ни на что, что он видел раньше.

Вчерашние ополченцы, которыми командовали его офицеры, не латали проломы в стенах. Нет, они тащили из разграбленных домов мебель, бочки, телеги, строя баррикады поперёк улиц. Но это были не просто кучи хлама. Рядом с ними стояли суровые мужчины в аниморийской форме, инструкторы Мэри, и тыкали пальцами, заставляя переделывать. Они создавали не укрытия, а смертельные ловушки. Простреливаемые коридоры, «огневые мешки», где любой ворвавшийся враг окажется под перекрёстным огнём из окон и подвалов.

— Эй, вы, двое в шёлковых штанах! — донёсся с улицы зычный рык одного из инструкторов, здоровенного сержанта с волчьими ушами. — Я сказал, сектор обстрела должен перекрывать вон ту арку! Вы что, баб на свидание собрались оттуда высматривать⁈ А ну живо перетащили ту хреновину!

Двое молодых гвардейцев из личной охраны одного из баронов, привыкшие к тому, что их главная задача красиво стоять за спиной хозяина, вздрогнули и, покраснев, бросились выполнять приказ. Сержант сплюнул на землю.

— Стадо парковых лебедей, а не гвардия, — пробурчал он, но в его ворчании не было злобы, лишь деловитость мясника, разделывающего тушу.

Удо смотрел на это с плохо скрываемым ужасом. Его людей, дворянских отпрысков, гоняли как новобранцев. Но он видел и другое, в глазах этих самых «лебедей» страх перед сержантом смешивался с жадным, звериным интересом. Они учились убивать эффективно, грязно, по-аниморийски.

— Ваши люди… — не удержался маркиз.

— Мои люди выжившие, — оборвала его Мэри, не отрывая взгляда от площади, где другая группа её гвардейцев устанавливала в брусчатке что-то похожее на плоские металлические диски. — Они знают цену жизни, потому что видели слишком много смертей. И они сделают всё, чтобы их собственная смерть не была напрасной. Это, кстати, магические мины. Очень неприятная штука, если наступить. Особенно для тяжёлой пехоты в латах.

Она говорила об этом так буднично, словно обсуждала рецепт яблочного пирога. И именно в этот момент воздух над городом дрогнул, пошёл рябью, словно кто-то бросил в небо невидимый камень. Из этой ряби, сбрасывая маскировочное поле, выплыли три огромных, тёмно-серых силуэта. Воздушные транспорты. Они бесшумно зависли над центральной площадью, и их вид заставил всех в городе, и мятежников, и пленных, задрать головы.

Люки на днищах кораблей открылись, и вниз посыпались десантные тросы. Первыми на землю спрыгнули две сотни бойцов в лёгкой броне, с короткими магострелами за спиной и хищным, оценивающим взглядом волков. Разведчики. Они тут же, без единой команды, рассредоточились по периметру, занимая ключевые точки, их движения были отточены до автоматизма.

Корабли ушли за город, приземлившись на большой поляне, где из трюмов начали выгружать груз. Десятки, сотни ящиков. И когда один из них с грохотом опустили на брусчатку, у маркиза Удо перехватило дыхание. На боку ящика красовалась знакомая до боли маркировка Лирианского Имперского Арсенала. Она была небрежно зачёркнута жирной красной руной, а рядом было наспех нарисовано клеймо дома Морозовых.