Книга Формула огня, страница 26 – Джек из тени, Марк Блейн

И пока я, как зависший компьютер, пытался перезагрузиться, решение пришло само. Не из моей головы, а оттуда, со склона, где всё ещё шёл бой. Я увидел Элизабет.

Она со своей гвардией, остатками рыцарей, только что отбросила эльфов в ущелье. Я видел, как она, тяжело дыша, опёрлась на свой меч, как её люди, окровавленные, измотанные, пытались перевести дух. Но её взгляд был прикован не к поверженному врагу. Он был прикован к долине, к двум гигантским монстрам, методично разрушающим нашу единственную надежду.

Я видел, как изменилось её лицо. Усталость и облегчение от выигранной схватки сменились чем-то другим. Холодной, трезвой, почти пугающей решимостью. Она что-то коротко приказала своему знаменосцу. Тот, выслушав, побледнел, но кивнул. Затем она повернулась к остаткам своей кавалерии — тем нескольким десяткам всадников, что несли охранение в тылу и не участвовали в пешей рубке.

И я понял, что она собирается сделать. И от этого понимания у меня внутри всё оборвалось.

— Нет… — прошептал я, хотя никто не мог меня услышать. — Нет, Элизабет, стой! Не смей!

Это было чистое стопроцентное безумие. Атаковать этих тварей в конном строю… Это всё равно что пытаться таранить бронепоезд на велосипеде. Её рыцари, её великолепная тяжёлая кавалерия, превратятся в кровавую кашу за несколько секунд.

— Эрик! Сигнальщикам! Передать леди Элизабет! Приказ! Отставить! Вернуться на исходные позиции! — заорал я, понимая, что уже поздно.

Она не смотрела в мою сторону, не ждала моих приказов. Она была командиром на своём участке, и приняла своё собственное решение. Решение, которое мог принять только человек, готовый поставить на кон всё, включая собственную жизнь, ради призрачного шанса.

Она вскочила в седло своего боевого коня, который чудом уцелел в этой мясорубке. Подняла над головой свой меч, и его лезвие, поймав тусклый солнечный свет, сверкнуло, как далёкая звезда.

— За герцога! За Вальдемар! — её голос, усиленный какой-то внутренней силой, донёсся даже до меня. — За мной!

И она пришпорила коня.

Остатки её кавалерии, эти несколько десятков обречённых, без колебаний последовали за ней. Они не строились в идеальные клинья, не соблюдали дистанцию. Это была не атака по уставу. Это был отчаянный, яростный рывок. Стальная комета, несущаяся наперерез двум хитиновым астероидам.

Я смотрел, не в силах оторвать взгляд, как эта горстка всадников несётся вниз по склону, прямо во фланг одной из тварей, той, что была ближе к нам. Я видел, как эльфы, стоявшие у них на пути, в панике бросаются в стороны. Они не ожидали этого. Никто не ожидал.

Тварь, увлечённая разрушением завала, заметила их в последний момент. Она медленно, неповоротливо развернула свою безглазую башку в их сторону, и из её ноздрей вырвались клубы ядовитого пара.

— Прикрыть их! Огонь по твари!

Мои «Ястребы» и пулемётчики, поняв, что происходит, перенесли весь огонь на этого монстра. Сотни пуль забарабанили по его хитиновому панцирю, не причиняя вреда, но отвлекая, заставляя его сосредоточиться на угрозе со склонов. И это дало Элизабет те несколько драгоценных секунд, которые ей были нужны. Она и её рыцари врезались в бок чудовища.

Звук был чудовищным. Пронзительный визг сминаемого металла, сухой треск ломающихся копий, хруст костей, и всё это утонуло в диком, полном боли и ярости рёве твари. Я видел, как первые ряды рыцарей просто исчезли, раздавленные, сметённые, отброшенные чудовищной массой монстра. Их копья, способные пробить стену щитов, ломались о хитин, как зубочистки. Лошади, обезумевшие от ужаса и вони, вставали на дыбы, сбрасывая всадников прямо под ноги чудовища.