Книга Магистр после 30, страница 127 – Яр Красногоров

Враги продолжали ускользать, а боевой опыт заставлял действовать.

Я точно знал способ как уничтожить эту кучку вторженцев. Перед глазами пронеслись воспоминания о сражении с Еггогом и битве у Грозовых врат.

В разуме уже всплыли нужные руны, а руки готовились сотворить заклинание. Барьер вторженцев цвета пятого спектра маячил передо мной как красная тряпка для быка.

Я невольно стал больше черпать силу из источника, готовясь избавиться от давления эфира и дать выход силе, проводником которой являлся. Разведя руки в стороны, я ощутил, как кончики пальцев закололо. Бледный свет звёзд стал меркнуть, превращаясь в белые точки на фоне чёрной бездны.

Уверенность в своих способностях твердила, что я готов. Разум подкидывал слова первого учителя о том, что мне нужно перейти на новый спектр. А щит вторженцев бросал вызов.

«Ты готов. Твой путь ведёт к силе», — твердил я себе, намереваясь перешагнуть грань привычной концентрации и открыть в себе новый спектр.

— Горим! — раздался женский вопль сбоку. — Помогите! — Горим!!!

Оторвав взгляд от игроков, уже садившихся в лодки, сделанные из повозок моих односельчан, я повернулся в сторону. Рядом какая-то женщина выносила на руках сына из охваченной огнём хибары. Она положила его на землю и, сорвав с себя фартук, бросила ткань в лужу. Затем вытащила её и принялась обтирать угоревшего пацанёнка.

Я замер.

Передо мной встал выбор.

Разум и чувство долга кричали — действуй. Но…

Теперь я всё понял.

— Настоящему магу не нужен посох, — прошептал я. — Спасибо, ма…

* * *

Я устал.

Лечение никогда не было моей сильной стороной. Однако сейчас, сидя возле бочки и кашляя от жуткого жжения в лёгких, я впервые испытал удовольствие от спасения чьей-то жизни.

Мамаша пацанёнка наконец прекратила тискать меня и осыпать словами благодарности, и я смог спокойно пялиться в одну точку. В грязной луже передо мной отражался холодный голубоватый свет звёзд. Иронично, но именно в этом кольце мутной воды оказалось то самое созвездие, где находился мир вторженцев. Словно передо мной вновь лежал отломанный осколок купола Первых.

Увы, моя идиллия нарушилась.

Водная гладь лужи дрогнула, когда в неё наступил солдатский сапог.

— Господин, прикажете отправиться в погоню? — раздался надо мной голос Марка.

— Что? — Я поднял голову и посмотрел на заляпанное кровью лицо легионера.

— Вторженцы переплыли на другой берег. Здесь, в паре километров, есть мост. Если турма выдвинется прямо сейчас, мы успеем их нагнать.

— Нет, — скрипучим голосом ответил я. — Никакой погони.

Декурий удивлённо поднял брови:

— Почему?

— Мы пришли освободить людей, а не уничтожать десяток вторженцев. С этой задачей худо-бедно справились, но работа ещё не завершена.

— Что вы хотите этим сказать?

— Нас предали, легионер. Предводитель вторженцев знал о нашем плане.

Марк побледнел, а через секунду побагровел от злости:

— Кто… — сдавленно прошипел он.

Пожав плечами, я протянул руку:

— Подсоби. — Воин помог мне подняться. Устало закряхтев, я осмотрелся по сторонам и увидел, что солдаты вместе с остальными горожанами заканчивали тушить пожар. — Я не знаю, кто нас предал. Может, кто-то из местных, а может, вторженцы сами догадались о сути нашего плана. А может, предательство проникло гораздо глубже, чем мне казалось в самом начале.