Книга Мертвые пустоши, страница 90 – Алексей Федотов

— Это всё козни! — заорал он, ткнув сосиськообразным пальцем в мою сторону. — Этот выскочка с самого начала всё подстроил! Он специально покалечил моего сына, чтобы потом…

— Чтобы потом что? — перебил я холодно. — Ваш сын успел оскорбить мою невесту публично! При большом количестве свидетелей. За это надо ответить. Если не кровью, то золотом. Насколько я понимаю золото для вас ценнее.

Подберезный задохнулся от ярости.

— Ты… ты ещё и смеешь…

— Смею, — кивнул я. — И, если вы сейчас не заткнётесь, я вызову уже вас. Лично. На тех же условиях. Магия и меч. До смерти.

В кабинете повисла тишина. Даже Разумовская перестала улыбаться и внимательно смотрела на меня. Резников же вообще выглядел так, будто получил лучший подарок к своему дню рождения.

Ректор тяжело вздохнул.

— Хватит. Граф Подберезный, ваш сын и его друзья проиграли по регламенту. Я фиксирую техническую победу графа Демидова во всех трёх дуэлях. Согласно кодексу, проигравшая сторона обязана публично признать свою неправоту и выплатить компенсацию за оскорбление чести. Размер компенсации определяет вызывающая сторона.

Он посмотрел на меня.

— Демидов? Твое слово!

Я задумался всего на секунду.

— Публичное извинение перед Анной. Завтра. Здесь, в Академии, перед всем курсом. И по миллиону золотых рублей в пользу моего рода до конца этой недели. За каждый вызов. Итого три миллиона. Если откажутся — я буду считать, что они продолжают оскорблять мою невесту, и вызову уже самих глав родов.

Поверенный издал какой-то жалобный звук. Граф Подберезный побагровел так, что я на секунду испугался, как бы у него удар не случился прямо здесь.

— Это грабёж!

— Это цена за то, что ваш сын назвал мою невесту шлюхой при свидетелях, — спокойно ответил я. — Можете считать, что я ещё мягко обошёлся. Всего то три миллиона за жизнь одного урода, не следящего за свои языком, в компанию еще с двумя недоумками.

Резников тихо хмыкнул в усы.

— У меня нет таких денег! — Мрачно сказал Подберезный.

— А это мои проблемы⁈ — Удивился я. — Ваш поверенный только что предъявил бумаги о том, что рода Рязанова и Никиморова доверяют вам вести их дела в части касательно дуэли. Вот и решайте. Точнее платите.

— Ты специально называешь неподъемную сумму, щенок!

— И что? — Я усмехнулся. — Если нет денег, продавайте свои земли и предприятия. Я более чем уверен, что нужную сумму можно добыть в указанные сроки, а если нет…

Я повернулся к Рудому.

— Что делать если должник не выплатит вовремя долг?

— Если сторона которой должны не идет на отсрочку… — протянул ректор и вопросительно посмотрел на меня.

— Не идет, — я отрицательно покачал головой.

— Тогда дело передается на рассмотрение дворянского приказа. Как правило истцу сразу выплачивается долг, после чего имущество ответчика распродается.

— Ну вот, — деланно обрадовался я. — Есть же варианты!

Рудой кивнул.

— Решение принято. Граф, у вас есть сутки, чтобы обеспечить выполнение условий. Если к завтрашнему вечеру извинения не будут принесены, а деньги до конца недели не поступят на счёт рода Демидовых, я лично передам дело в дворянский суд чести. С рекомендацией признать род Подберезных нарушившим кодекс и подать прошение его императорскому величеству на лишении титула.

Старикашка молча кивнул и начал собирать бумаги дрожащими руками. Граф ещё пытался что-то сказать, но Резников уже поднялся и сделал шаг к двери.