Онлайн книга «Мертвые пустоши»
|
Какая игра одного актера! Слез еще не хватает и прилюдного лобызание «сыночка». Станиславский, наверное, поверил бы. Может быть. Я нет. Следом за графом Подберезным, в лазарет вошли еще трое. Один, судя по одеянию и зеленому свечению источника, был как раз дежурный маг жизни. Второй — суховатый старикашка, с длинной козлиной бородкой и крысиным лицом. Судя по кожаной папке с бумагами, которую он держал в руках — поверенный рода. А вот третий… Третий был весьма любопытен. Две стихии — огонь и воздух. Судя по шрамам на лице и выправке — предполагаю, что бывший армейский боевой маг. Но самое интересное его ранг. Шестой. Гранд-магистр. И судя по размерам его источника, балансирует на самой грани с архимагом. Как Разумовская. О-о-о-чень интересно. Уж не по мою ли душу он здесь? Интерлюдия Кабинет ректора магической Академии А ну ка, повтори, что ты только сейчас сказал? — Рудой говорил мягко. Для тех, кто его не знает, он сейчас кажется абсолютно спокойным и даже доброжелательным. Поверенный рода Подберезных видимо считал также, потому что он не обратил внимания на насупленные брови Рудого, и деловито, даже чуть с надменным выражением лица, повторил: Согласно восьмому уложению дуэльного кодекса, вызываемый на дуэль, может выставить заместо себя замену, если он временно или постоянно небоеспособен. Ну это я знаю, — Поморщился Рудой. — Твой хозяин тяжело ранет и тому подобное и так далее. Ты дальше, насчет замены говори… Прошу прощения, господин ректор, но в этом и вся суть! Потому что, избивший моего господина, Демидов, не только не извинился за свое преступление, но и вызвал на дуэль Виктора Александровича и двоих его друзей. Причем, прошу заметить, на бой до смерти одной из сторон, что при наличии тяжелейших травм моего господина вызовет однозначную победу Демидова и его смерть и двух его товарищей. Он замолчал, с трагическим видом оглядывая собравшихся. А собралось не мало. Троица говнюков, со страдальческим видом. Дежурный маг жизни с невинным лицом. Граф Подберезный с поверенным — крысиным старикашкой и бретером. Ну, и наша пятерка. На стороне Рудого были неизменные Разумовская и Резников. После того, как мы расселись по креслам, в кабинете стало тесно и душно. — Тяжелейшие травмы… Угу… — Ректор посмотрел на мага жизни. — Почему они все еще в бинтах? Алейников, я за что тебе деньги плачу? — Александр Львович! — Заторопился маг жизни. — У этих студентов, действительно тяжелые травмы. У Подберезного перелом трех ребер. Рязанов — повреждение гортани. У Никиморова — обе руки сломаны причем одна в двух местах. Трое говнюков с убитым видом закивали. Мол все так. Врач не врет. Врач истину глаголет. Мда… Если у Рязонова тяжелое повреждения гортани, то как он, интересно, смог ответить на вызов. Что я не заметил, что он тяжело ранен. Разве что хрипит, но если это тяжелая травма, то я балерина. — Я не спрашиваю тебя о травмах, я спрашиваю у тебя — почему они еще в бинтах⁈ Ты магистр или как? — Так они отказываются от помощи! — Развел руками маг жизни. — То есть как отказываются⁈ — Позвольте сказать, господин ректор? — встрял поверенный. — Говори! — Сын моего господин аи два его друга проходят сейчас укрепление магического источника при помощи алхимических зелий нашего рода. Вмешательство магии в их организмы сейчас — запрещено! Вот источники у них укрепятся тогда пожалуйста. А сейчас нет. Мы не будем рисковать их магической карьерой! |