Книга Мертвые пустоши, страница 77 – Алексей Федотов

Аня повернулась ко мне. Я молча пожал плечами. Дескать придурки как придурки, что с них возьмешь. Ущербные умом.

— Я тобой разговариваю, — индюк мгновенно рассвирепел или сделал вид. — Будь добра смотреть на меня!

— С чего бы это? — Аня обернулась в его сторону. — У меня нет ни малейшего желания разговаривать с тобой. Мы вообще-то разговарили с Алексеем, когда ты влез как козел в огород.

— Ах ты… Пф-ф… — Индюк стал хватать ртом воздух. — Да ты знаешь кто я такой?

— Девка, — вмешался второй ублюдок. — наш господин предлагает пойти к нему в услужение…

— Подстилка! Шлюха! Всего один день в Академии и уже готово ноги перед Демидовым расставить и… — начал визжать индюк.

Договорить он не успел, потому что всегда спокойная Аня показала, за что она получила прозвище Бешенная.

С места, распрямившись как пружина, перескочив через парту как разъяренная фурия она нанесла придурку удар по челюсти и тут же сделала подсечку. Когда он упал, впечатала пяткой ему в бок. Да хороша так впечатала, что я и отсюда услышал звук ломающегося ребра!

— Господин! — заорал второй из троицы и бросился с кулаками на Аню. Третий отошел в сторону и когда девушка схватилась со вторым, поднял руку. Его источник начал пульсировать, готовившись выплеснуть огненную волну.

Чудак. Кто ж со сломанной рукой творит-то заклинание⁈

Я тоже перескочил через парту и, войдя в ускорение, жестко, в локте, сломал ему руку. Маги жизни в этом мире, конечно, хороши, и я чтобы закрепить достигнутое сломал ему эту руку в предплечье и вторую тоже. В локте. Пусть будет неповадно на женщин творить исподтишка заклинания. Затем я отодвинул разъярённую Аню к себе за спину, и закончил со вторым уродом ударом в горло и пах. Перехватил воинственную Лену, которая жаждала принять участие в нашем веселье и добил пытающегося встать индюка. Сломанная нога и рука, может заставит его впредь думать кому и что говорить.

К тому моменту, что к нам подбежали студенты дабы разнять, все была закончено. Троица мразей визжала и стонала на все лады. Аня спокойно стояла, опершись о парту. Я держал пышущую гневом и вырывающуюся Троекурову. В общем все были при деле.

Дежавю в тройном размере.

— Ну вы же понимаете, что поступили неправильно? — Рудой сложил руки на животе. — Ладно… Анна. С девушки спроса нет, тем более если она твоя невеста, но ты уже в такую же ситуацию попадал.

— А как я должен был поступить? — Я начал злится. — Вызвать этих троих придурков на дуэль?

— Да, или что еще лучше, вызвать Олега Федоровича или меня.

— Свои. Проблемы. Я. Решаю. Сам. — процедил я раздельно слова. — И никого звать на помощь не буду.

Ректор покачал головой.

— А что касается дуэли… извольте. Выйдут из лазарета — вызову. Всех троих. — Мои слова падали ледяными глыбами. — Но вы уже можете вычеркивать их из списков Академии.

— Ты так в себе уверен? — хмыкнул Рудой.

Я вздохнул.

— Да. Если вызову, или мне придет вызов, то это будет ой до смерти, и я по любому их уничтожу. Одно дело, когда он бы оскорбил меня, а другое дело мою семью. Мой род.

Я внезапно успокоился.

— И да, Александр Львович. Я совершил ошибку пощадив их жизни, вместо того чтобы вызвать на арену и размазать по песку тонким слоем! Все! Хватит! Я больше не допущу таких ошибок.

Разумовская тихо рассмеялась и демонстративно захлопала в ладоши.