Книга Чужие перекрестки дорог, страница 140 – Алексей Федорович Федотов

Повезло в том, что основная масса разбойников набросилась на повозки, следующие за той, на которой ехал он. Так что к ним сунулись всего шестеро разбойников, возглавляемые типом с зеленоватой кожей. Именно его Пак первым и подстрелил из своего самострела, сразу после того, как тот подранил возничего.

А не повезло в том, что у повозки они были только вдвоем, а после ранения возничего он остался один против пятерых.

Еще двоих ему удалось подстрелить до того, как они сократили дистанцию. Пришлось браться за удобные, небольшие топорики – сын дровосека, Пак умело с ними обращался. Даже Лури одобрительно отзывался о его навыках в обращении с тем, что и оружием-то не было.

Первого своего противника Пак встретил, ловко отведя от своего лица острый клинок одним своим топориком, а другим рассек ему горло. Одновременно с этим пнул тело ногой, вынудив подбегающих следом разбойников отшатнуться в разные стороны.

Пак рванулся к тому, что был справа. Ловко упав на колени, он пропустил клинок высоко над головой и ударил топориком по ногам. Почти одновременно с этим ударом метнул второй в того, что остался слева… и так удачно, что расколол ему череп. Снова крутанулся, и оставшимся в руках топориком добил упавшего на землю разбойника с подрубленными сухожилиями ног.

— Ну ты!.. – с трудом произнес возничий, даже в таком состоянии сумевший оценить мастерство парня. – Если живыми останемся, научи меня так топориками махать.

— Обязательно, – пообещал Пак, убирая в чехлы свои топорики и подхватывая отброшенный в сторону самострел.

Быстро огляделся, оценивая сложившуюся ситуацию.

Ребята, с наемниками и морячками, неплохо отбивались от насевших на них разбойников, и особой помощи им не требовалось, а вот у первой повозки, судя по звукам, дела были не очень. И поэтому он поспешил туда.

Успел как раз к тому моменту, когда виденный им у трактира несколько часов назад наемник Юст, небрежно указав на торговца, произнес:

— …Убить всех, кто здесь!

Из кустов вылезли трое, вооруженные скорострельными боевыми арбалетами старой имперской разработки.

— Вот так, значит… а что насчет этики наемников? – хмуро спросил Ленгер, опуская к земле клинок.

— Этика… что за чушь, – скривился Юст. – Если тебе хочется искать виноватых, то вини вот его, – он пихнул ногой лежащее на земле тело Горностая. – Если бы он не испортил мою маску, то и убивать тебя не пришлось бы.

— Но зачем вам это было нужно?

Ответа купец не получил.

Пак видел, как двое разбойников по приказу наемника-перевертыша подхватили тело капитана Горностая и понесли за Юстом. Да и остальные любители легкой наживы расценили действия своего командира как сигнал к отходу. Подхватив тела убитых товарищей, они поспешили следом. У повозки остались только трое стрелков и трое простых разбойников, среди которых только на одном была маска.

— Ничего личного, – произнес стрелок в маске, и в этот миг Пак начал действовать.

Если против двух десятков человек он, собственно, ничего поделать не мог (нет, будь бы у него АК, он бы не задумываясь вмешался, но чего не было, того не было), то шестерых он мог потянуть.

Вскинув к плечу самострел, Пак выстрелил в того единственного, что оставался в маске, и… не попал. Вернее, попал, но не в него, а в соседнего. И пока тот оседал на землю с пробитым горлом, маска успел сориентироваться и, отскочив назад, все же выстрелить в торговца и тоже не попасть. Вернее, как и в случае с Паком, попасть, но не в того. Морячок прикрыл купца и своего капитана своим телом. Взревев раненым зверем, Каир набросился на ближайшего разбойника и одним ударом снес ему голову с плеч. Крутанулся, чудом избежав следующего попадания арбалетного болта, и скрестил клинок с очередным противником.