Книга Наследие, страница 25 – Алексей Федотов

Сказал, что родился в другом времени. Как меня звали в предыдущей жизни. Что мне было семьдесят пять лет. Что в своём мире я служил государству и занимался делами, о которых не пишут в газетах. Что умер в собственной квартире после боя с человеком, пришедшим меня убить из-за денег. И что потом открыл глаза в теле Алексея Владимировича Демидова — пятнадцатилетнего мальчишки, которого забили до смерти в сиротском доме.

— Его уже не было, — закончил я. — Я никого не вытеснял и не убивал ради тела. Моё сознание перенеслось в момент смерти прежнего владельца. Почему и как — пока не знаю, но, Демидов — это теперь моё имя, тело, род и жизнь. Но до него я был другим человеком. Значительно старше.

Девушки молчали.

Лена смотрела на меня так, словно впервые увидела. Аня, наоборот, опустила взгляд на собственные руки. Вроде бы ничего страшного не произошло. Я не превратился в тварь пустошей, не отрастил щупальца и не признался, что тайно мечтаю сожрать их на завтрак. Но между нами возникла невидимая граница и я прекрасно понимал почему.

Одно дело любить ровесника. Пусть странного, опасного и временами совершенно невыносимого. Другое — внезапно узнать, что за молодым лицом сидит старик, который прожил целую жизнь в непонятном мире. Хотя, архимаги в этом мире живут и подольше… и может поэтому они восприняли информацию о моем возрасте нормально.

— Значит, поэтому ты иногда разговариваешь как… — наконец произнесла Лена. — … как дед!

Я не удержался и рассмеялся.

Напряжение в комнате треснуло.

— Иногда? — спросил я выгнув бровь.

— Часто, — сказала Аня. — Особенно когда начинаешь учить нас жизни.

— Опыт знаешь ли, — улыбнулся я.

— Семьдесят пять лет, — задумчиво повторила она. — И ещё почти год здесь?

— Да.

— Получается, тебе уже…

— Не надо считать, — мягко сказал я. — Тело молодое. Старые только память и привычки.

Лена прищурилась.

— А когда ты впервые со мной… с нами…

Она покраснела, но взгляд не отвела. Я не ответил, продолжая смотреть на нее…

— Я должна понимать! — Стукнула она ногой.

— Что именно? Что я не пятнадцатилетний неопытный мальчик? Ты это и без сегодняшнего разговора должна была заметить.

Аня тихо фыркнула. Потом поднялась, подошла ко мне и неожиданно положила ладонь на щёку.

— Мне все равно Демидов, — сказала она. — Ты тот самый, который не струсил и остался один против синоби. Тот, которого я люблю. Тот, который временами несёт такую чушь, что хочется стукнуть. Какая разница, кем ты был раньше?

— Для некоторых разница есть.

— Для некоторых — пусть есть, — Лена подошла следом. Несколько секунд изучала моё лицо, потом обняла.

— Я всё равно злюсь.

— За что?

— Что не сказал раньше.

— Я собирался. Когда-нибудь.

— Когда-нибудь это очень точный срок, — она усмехнулась.

— Зато я рассказал сам.

— Ну да, ну да. После того как железная гора выдала тебя с потрохами.

— Детали, — отмахнулся я.

Они обе засмеялись.

Вот и всё. Я ожидал слёз, обвинений, страха. Готовился объяснять, доказывать и даже оставить их в покое, если попросят. А они приняли правду быстрее, чем я когда-то принял собственное пробуждение в чужом теле.

Наверное, потому что за это время мы слишком много пережили вместе. После смерти, воскрешения, абсолютной магии и рассказа о Скверне переселение сознания уже не выглядело чем-то невозможным.