Книга Наследие, страница 18 – Алексей Федотов

— А капсула уже меня обследовала.

Куратор покачал головой.

— Она провела базовую диагностику. Для анализа структуры ядра потребуется доступ к закрытому медицинскому комплексу.

Вот значит как. Ещё один повод принять командование.

Сначала были палки, а теперь меня поманили пряником.

— Почему магия продолжает вырождаться?

— Потому что повреждения накапливаются. С каждым поколением растёт вероятность дефектного ядра. М-поле внутри последнего оборонного кольца тоже медленно ослабевает. Башни защищают от Скверны, но не восстанавливают поле.

— Значит, со временем маги исчезнут совсем?

— При сохранении текущей тенденции — да.

— Сколько осталось?

— Без точных данных о населении расчёт невозможен.

— Приблизительно.

— От трёхсот до восьмисот лет.

Немало. Для одного человека. Но для цивилизации — мгновение.

— И что будет потом?

— Люди потеряют возможность поддерживать башни.

— Башни погаснут?

— Да.

— И Скверна уничтожит оставшихся.

— Вероятность — девяносто восемь процентов.

Я посмотрел на неподвижных девушек.

Триста лет. Восемьсот. Казалось бы, какое мне дело? Я столько всё равно не проживу. Хотя с магией, медициной древних и Мией в голове всё могло сложиться иначе. Но дело было даже не во мне. Мой сын. Его дети и хх потомки. Если ничего не делать, рано или поздно этот мир закончится.

Да. Не сегодня и не завтра. Но закончится.

— Поэтому тебе нужен командующий? — спросил я.

— Да.

— Чтобы воевать со Скверной?

— Чтобы восстановить оборону. Найти уцелевшие объекты. Запустить производство. Восстановить башни. Создать новых операторов. И подготовиться к войне.

Последнее слово он произнёс спокойно. Как всё остальное, но я почувствовал вес его слов.

Современные люди считали Мёртвые пустоши естественным злом. Считали башни наследием великих чародеев. Не знали, что за внешним кольцом продолжает существовать разумный враг, уничтоживший прежнюю цивилизацию. И не просто существовать.

Он вернулся. Проник за охранные башни. Пришёл ко мне в больницу. Зачем? Поесть? Или по другой причине?

Я пересказал рассказ Резникова о больнице и задал вопрос:

— Почему Скверна заинтересовалась мной?

— Если твой источник не врет, то мне даже нечего сказать. Это очень странно.

— Предположение.

— Твой нейромодуль. Абсолютная структура ядра. Необычная когнитивная матрица. Любая из этих причин достаточна для интереса.

— А девушки?

— Их ядра были изменены после контакта с твоим медицинским протоколом. Они являются уникальными объектами.

— Людьми, — поправил я.

Куратор замолчал на секунду потом кивнул.

— Людьми. Для Скверны они могут быть источником информации о восстановлении универсальных ядер.

Вот ведь. Я сам сделал Аню и Лену мишенями. Не знал. Не хотел. Но сделал.

— Она будет за ними охотиться?

— Вероятность высокая.

— Насколько?

— Не менее семидесяти двух процентов.

— Очень утешительно.

— Ложное утешение ухудшает качество решений.

— Да понял уже, что ты не умеешь утешать.

— Умею. Но не считаю нужным сейчас.

Человеческий голос и человеческая манера речи. И всё равно машина. Хотя некоторые люди были куда холоднее.

— Почему ты раньше не рассказал это? С самого начала.

— У тебя не было подтверждённого уровня доступа.

— А сейчас есть?

— Частично. Тест показал, что ты способен воспринимать информацию без потери когнитивной устойчивости.