Книга Стратег из ниоткуда. Книга 4, страница 32 – Михаил Атаманов

Но тут Мурена наконец-то пришла в себя и незримой стремительной тенью побежала в обход тройки ободрившихся и довольно орущих противников, на ходу раскидывая метательные ножи. Три ножа, три попадания. Вот только если убийца Маги получил лезвие прямо в глаз и теперь стоял, непонятно живой или уже нет, то два других снаряда оказались не столь смертоносными. Сын вождя Тамир получил попадание в левую ногу чуть выше колена, а третий орк и вовсе отделался лишь рассечённым ухом.

— Да я ваши мёртвые тела (вырезано цензурой) за смерть товарища!!! — оглушительно закричал во всё горло Гы, привлекая внимание противников именно к себе, а затем своим же ятаганом полоснул себя по груди, глубоко рассекая плоть и вызывая обильное кровотечение.

После чего с рёвом кинулся на врагов. Пинком ударил в грудь мёртвое уже по сути тело орка с торчащим в глазнице ножом, чтобы не мешало и не отвлекало, и труп улетел прямо в бассейн к судье. Затем сошёлся в яростной сече сразу с двумя противниками, лишь стремительно мелькали клинки, и слышался звон ятаганов. Мурена воспользовалась ситуацией и со спины накинулась на сына вождя, набросив тому на шею непонятно когда появившуюся в руках чернокожей девушки удавку и повиснув на плечах.

Рухнул второй орк Красного Полоза, его тело было рассечено командиром моих «Головорезов» от плеча и до самого живота. К лужам крови на полу добавились вывалившиеся внутренности, да и количество крови тоже резко прибавилось. Последний же противник хрипел, вертелся и судорожно пытался стряхнуть повисшую у него на спине убийцу, неумолимо затягивающую удавку. Гы вполне мог прикончить этого последнего беспомощного сейчас врага но, обернувшись на меня, растерянно пожал плечами — мол, и что дальше делать, если враг не сдаётся, а убивать его запрещено?

Пожалуй, пора. Я вышел вперёд на арену и скомандовал своим бойцам прекратить бой и отступить. Жирному судье же, сидящему в ванне крови и довольно хохочущему, объявил, что моё племя Жёлтой Рыбы отзывает все претензии на земли за южными болотами и уходит. Дога Карающая Длань тут же перестал смеяться и посерьёзнел.

— Нет, Альвар, так не пойдёт! Я желаю видеть бой насмерть, так что нельзя прекратить сражение до того, как вся тройка врагов падёт. Добивайте последнего, — тучный орк указал толстым пальцем на выронившего оружие и опустившегося на колени орка, стягивающего с шеи удавку и шумно дышащего.

На Ольхена Ежа было больно сейчас смотреть. Ужас. Страх. Отчаяние. Вождь встретился со мной взглядом и кивком указал на сидящего в ванне судью. Я понял его без слов и молча кивнул. После чего вождь Красного Полоза, истошно заорав, выхватил свой кривой клинок и побежал к самодовольно ухмыляющемуся толстяку, которого смерть, кровь и трупы вокруг лишь забавляли.

Я своей магической глефой ткнул в спину начальника охраны Доги, попытавшегося было остановить покушающегося на хозяина убийцу. Затем добил этого страшного огромного орка с чёрным как ночь магическим ятаганом, разрубив его тело напополам, и сразу же переключился на другого охранника. Но всё же заметил краем глаза, как на пути Ольхена Ежа неожиданно встал подаренный судье эльф в рабском ошейнике, до этого молча стоявший у бортика бассейна, так что про него все забыли. Длинноухий раб голой грудью принял предназначавшийся судье смертельный удар, что позволило Доге прожить лишние пару-тройку секунд и громко заорать, призывая охрану.