Книга Стратег из ниоткуда. Книга 2, страница 55 – Михаил Атаманов

— Будет сделано, вождь, — поклонилась орчиха, после чего широко улыбнулась, показав основания своих клыков с надетыми на них золотыми кольцами. — Но все остатки шкуры такого роскошного кайпи мои!

Орчиху с мужем и двумя малолетними детьми хмурые бойцы выпустили из круга, я же перешёл к опросу оставшихся жителей. Поочередно указывал кончиком глефы на перепуганных орков, и каждый из них старался доказать свою полезность для Жёлтой Рыбы, рассказывая и убеждая, почему его стоит оставить в живых. Большая группа опытных рыбаков, обеспечивающих стабильный улов круглый год. Умелый плотник с юным подмастерьем, способные делать прочные ограды и ставить мосты через протоки. Искусная швея, оставшаяся без мужа и ищущая нового защитника. Многодетная мать, мастерица на все руки и весьма умелая в готовке. Пряха со своим ещё не слишком старым мужем-охотником… Для видимости над каждым предложением я думал, иногда даже достаточно долго, но в итоге всегда соглашался, и счастливые орки бежали к своим шатрам складывать переносное жилище и собирать котомки.

Через час внутри круга осталась единственная перепуганная девочка-подросток возрастом лет восьми, которая лишь нечленораздельно мычала и испуганно закрывала голову руками.

— Это Дурочка Хани, она с детства не говорит ни слова и такая вот странная, — объяснили её соседи. — Матери давно нет, она пропала в опасном северном лесу, а отец этой ночью ушёл с вождём Шугой и не вернулся. Хани осталась сиротой, и о ней некому больше заботиться. Убивай её, вождь! Она бесполезная!

Ни одного голоса не прозвучало в поддержку девочки, и вроде вопрос выглядел решённым… вот только меня от диких орков всё же отличала человечность и какие-то сохранившиеся с прошлого мира моральные принципы. А потому я медлил.

— Скажите мне, — обратился я к уже собравшим вещи и готовым к переселению жителям, — Шуга Смелый, насколько вижу, не церемонился со стариками, калеками и прочими бесполезными орками и изгонял их из племени. Почему же он оставил эту дурочку?

В ответ со всех сторон послышались смешки.

— Так это… изгоняли её, и не раз, — признался мне один из рыбаков. — И даже зимой в лютый мороз отводили далеко-далеко в лес, чтобы не нашла обратной дороги. Вот только дикие звери отказывались жрать это проклятое дитя. Волки холодными ночами согревали своими телами, а наутро приводили девчонку обратно. Самка дугара подкармливала девочку своим молоком, это многие видели. А хозяин леса Мудрый Филин и вовсе однажды сам лично привёл Ани обратно в посёлок. После того случая старый шаман, пока был ещё жив, сказал что Хани блаженная и может говорить с дикими зверями. Так что, дескать, пускай живёт, и однажды её дар может пригодиться.

— Она меня видит, — потянув за локоть, привлёк моё внимание леший Хрын и указал на перепуганную девчонку. — Потому так боится.

Она видит нечисть? И способна общаться с дикими зверями? Сразу два редких умения, и разбрасываться такими талантами не стоило.

— Хрын, — обернулся я к лешему, — призови варгов, что с ночи ходят за тобой. Проверим способности этой блаженной.

Я не слышал отданной лесной нечистью команды, но шестёрка крупных мохнатых хищников, похожих на длинноногих поджарых волков, менее чем через минуту появилась в орочьем лагере. Не обращая ни малейшего внимания на многочисленных собравшихся тут орков и испуганных людей, поспешно расступающихся перед серой стаей и накладывающих на себя оберегающие знаки Живицы, шестёрка варгов обступила невысокого лешего. Хрын указал лапой на блаженную молчаливую девочку, и страшные хищники двинулись к ней, принюхиваясь и скалясь.