Книга Паладин Смерти, страница 43 – Михаил Атаманов

Мы же с Ленкой повели лошадей прямо в указанные Никой кусты… и остановились, поражённые открывшимся зрелищем. Картина резко сменилась, не осталось привычного леса за спиной, вокруг был изумрудно-зелёный идеально ровный луг, на котором там и сям сквозь прорехи в траве блестели небольшие озёрца воды. Приглядевшись к необыкновенно гладкой зелёной поверхности, я сообразил, что это вовсе не трава, а густая и плотная мелкая ряска, плавающая на поверхности огромного и, судя по всему, достаточно мелкого водоёма.

О том, что водоём мелкий, можно было догадаться по бесчисленному количеству островков и растущих прямо из воды гладких желтовато-бурых стволов пальм или каких-то иных деревьев, своими кронами уходящих ввысь и раскрывающихся на большой высоте. Причём на каждом островке, каким бы крохотным он ни был, обязательно произрастали густые кусты и взмывали ввысь такие же голые стволы пальм. Сперва я поразился, насколько густо все эти пальмы срослись вершинами, поскольку над всей поверхностью водоёма зелёным потолком стояли сомкнувшиеся густые кроны. А потом меня осенило, что все эти сотни и тысячи «стволов» на самом деле — одеревеневшие свисающие сверху вниз корни одного-единственного гигантского дерева, раскинувшегося на многие квадратные километры огромным зелёным облаком и образующего второе небо густо-зелёного цвета.

Тут был необычный слоистый мир полутонов, в котором все краски казались смазанными из-за парившей над водоёмом дымки. Самым нижним уровнем шёл слой воды и изумрудно-зелёной ряски. По островам и по толстому зелёному слою водной растительности проворно шныряли тысячи мелких разноцветных крабов, синхронно поднимающих вверх клешни или ныряющих в воду при приближении человека. Выше находился слой воздушного пространства, густо пронизанный воздушными корнями, многие из которых толщиной не уступали монументальным колоннам. Стаи похожих на небольших обезьян зверьков ловко перемещались по этим вертикальным стволам, воздух сотрясался от их пронзительных криков. Ещё выше располагался слой «зелёного неба», из которого то тут то там выпархивали длиннохвостые попугаи и яркие птицы самых невероятных расцветок.

На первый взгляд картина казалась мирной, почти идиллической, но меня аж передёрнуло. Я ощутил, как много неупокоенной нежити скрывается под этим гладким изумрудно-зелёным ковром, и поспешил поделиться этой информацией с Феей.

— Да и магией тут пространство насыщено так, что мало не покажется… — ответила Фея, рассматривая открывшуюся перед нами картину застывшим несфокусированным взглядом. — Однако девчонка-тайфлинг не соврала. Безопасный проход существует и идёт вон к той корявой палке с раздвоенной рогаткой наверху.

Мы осторожно пошли вперёд в зелёную воду, ведя лошадей за узду. Уже на втором шаге мои ноги провалились сквозь травяной ковёр, в сапоги хлынула вода. Однако дно оказалось на удивление твёрдым, и я продолжил путь, прощупывая почву на каждом шагу. До первой отметки было всего с полсотни шагов, за минуту мы с Ленкой прошли это расстояние.

В зелёном ровном ковре плавающей ряски торчало сразу десятка три разных палок. На одних имелись цветные ленточки — жёлтые, белые, фиолетовые, где-то сразу несколько ленточек. Другие вешки были просто воткнутыми палками, шестами или даже похоже копьями, на одном из которых белел старый человеческий череп. Разобраться в этой мешанине оказалось не так-то просто, но Ленка указала следующую нашу цель: длинную палку с раздвоенным верхом, на этой палке болталась красная тряпка.