Книга Паладин Смерти, страница 161 – Михаил Атаманов

Я сразу же заселился в угловой башне тюрьмы, получил униформу охранника с чёрной мантикорой на гербе и специальный бронзовый жетон, дающий право перемещения по всем этажам тюремного комплекса. В середине дня провёл тренировку для стражников и познакомился со своими «коллегами». На этих занятиях заслужил репутацию искусного мечника и опытного учителя, даже вдвое старшие ветераны уважительно кланялись мне. На этой же тренировке присутствовал Байяр, так что нас обоих признали «своими», и больше никаких проблем с перемещением по тюремному комплексу у нас не было.

Минотавр сразу же воспользовался этим и спустился на нижние этажи. Перекинулся парой слов с Виллем Омникафи и предупредил барона о готовящемся завтра освобождении. Тубус с документами культистов, который я так и не смог вскрыть, передал волшебницам, поджидавшим меня возле тюрьмы. Фея сразу же определила, что закрыт футляр хитрой магической печатью, и попытки вскрыть тубус силой или разбить упаковку приведут к уничтожению секретных документов. Конечно, нас распирало любопытство — что настолько ценного везли культисты в Эрафию, что для этого потребовались такие ухищрения? И моя подруга заверила, что сумеет снять сложное охранное заклятие, правда это может занять у неё несколько дней.

В тот же день волшебницы приобрели в магической лавке Светлой Гавани сразу два дорогущих свитка одноразового портала, и Фея установила точки выхода обоих на небольшой полянке в лесу возле посёлка Низовье. Теперь достаточно было развернуть «заряженный» свиток, и возле тебя возникал овал пространственного разрыва, перемещающий прошедшего сквозь него в безопасное место и через десяток-другой секунд бесследно развеивающийся. Один подготовленный к применению свиток взял минотавр Байяр, второй волшебницы вручили мне — это был запасной вариант на случай, если Байяр не сумеет раздобыть ключи от камеры Вилля Омникафи и не сможет уйти вместе со сбежавшим узником. При таком раскладе минотавр передавал свиток барону сквозь дверную решётку, сам же приходил ко мне. И далее мы — два охранника тюрьмы — спокойно выходили прямо через главные ворота, или если вдруг поднималась тревога, то пользовались вторым свитком и бесследно исчезали.

Таким образом, всё было подготовлено к освобождению нашего друга, ждали лишь завтрашнего дня. Вечером я, конечно же, не стал пользоваться «особой милостью» начальника тюрьмы и выбирать себе женщину на ночь из числа заключённых. Вместо этого провёл вечер в интенсивных тренировках, а потом отлично выспался.

И вот важный день настал. С утра, позавтракав вместе с другими охранниками тюрьмы, я приступил к работе и на верхнем этаже центральной башни тюрьмы встал на пост возле дверей рабочего кабинета начальника. Байяр же отправился на нижние подземные уровни освобождать нашего друга Вилля. Время шло, и я гадал про себя, оба ли моих друга смогли уйти порталом, и не пора ли мне уже самому сваливать? Решил подождать ещё минут сорок, и если ничего не произойдёт, тихо уйти. Поскольку стоять на одном месте от волнения не мог, неспешно прошёлся по этажу, а потом остановился возле узкого окна-бойницы.

Из окна башни открывался отличный вид на гавань, и моё внимание сразу же привлекла стоящая в порту огромная тёмная трирема. Хищные очертания грозного военного корабля, тёмный фактически чёрный корпус, кроваво-красные паруса с нарисованными на ними чёрными силуэтами оскаленных собачьих голов. Судя по этим эмблемам, корабль принадлежал Новой Церкви, причём вчера триремы в порту я не видел. Нехорошее предчувствие впервые кольнуло сердце, однако я постарался отогнать тревожные мысли.