Книга Самый разыскиваемый, страница 7 – Михаил Атаманов

— Кидай ларец! - предложил я тайфлингу, но как ни старалась девушка, она никак не могла дошвырнуть тяжёлый ларец до такой высоты, чтобы я смог его поймать.

— Давай возьмём только корону, а коробку бросим здесь, - предложила Каришка.

Это был плохой вариант, и мы оба это прекрасно знали. По найденному ларцу жрецы сразу догадаются, каким именно способом мы ушли. К тому же сильные маги способны искать владельца по предмету, который он какое-то время держал в руках. Даже не маги, а просто собаки-ищейки или варги могли бы взять след. Но времени на придумывание чего-то более умного у нас совсем не было, так как в "Боевом Единороге" в этот момент умирал мой друг, а к гостинице с моими друзьями прорывались захватившие город орки. На счету была каждая секунда, только поэтому я согласился с предложением Каришки, хотя и прекрасно понимал, что этим мы оставляем в руках врагов ведущую к нам ниточку.

Девушка отщёлкнула застёжки ларца и достала золотую переливающуюся даже в темноте корону. Каришка засунула драгоценную корону к себе в мешок и пулей взлетела на стену. До земли с внешней стороны было высоко, более пяти метров, но пришлось прыгать, так как в парке за нашими спинами уже показалась целая толпа монахов с горящими факелами. Я ловко ушёл в кувырок с перекатом, моя подруга тоже спрыгнула вниз без особых проблем. Мы вскочили и понеслись со всех ног через ночной город к Стреминке.

Через Золотой Мост мы решили не рисковать идти. Во-первых, мост был далековато, и нам пришлось бы делать изрядный крюк. Во-вторых, это был самый напрашивающий путь, и на мосту нас могли уже поджидать предупреждённые жрецами стражники. Однако и переплывать вплавь холодную Стреминку в середине осени совсем не хотелось, хотя и я, и Каришка умели неплохо плавать. Поэтому мы бежали по берегу в поисках любой лодки, пусть даже самой ветхой и протекающей. Вскоре нам улыбнулась удача - мы обнаружили полузатопленную лодку в одном из двориков, а к лодке и ведро для вычерпывания воды. Я принялся осушать нашу посудину, а Каришка побежала обыскивать окрестные дворы в поисках вёсел. В этот момент я почувствовал, как резко оборвалась связь с волчонком - разгневанные монахи нашли и убили Тьму. До меня дошёл отголосок боли и страха маленького существа, я аж покачнулся от неожиданности. И хотя я прекрасно понимал, что смогу заново вызвать своего фимиляра, но всё-равно принимать страдания связанного со мной существа было крайне неприятно.

Переправа через Стреминку в её едва ли не самом широком месте запомнится мне надолго. Лодка протекала быстрее, чем моя подруга успевала вычерпывать поступающую воду. Принесённые Каришкой вёсла явно не от нашего утлого судёнышка были громоздкими и неудобными. Они не вставлялись в уключины и вообще были неповоротливыми и слишком тяжёлыми для меня. Вскоре я выкинул одно из вёсел и принялся грести одним. Холодный сырой ветер и мелкая морось тоже не прибавляли мне настроения. Через какое-то время мы с тайфлингом сидели уже по колени в воде, и пора было принимать решение - то ли уже покидать наш тонущий корабль и остаток пути преодолевать вплавь, то ли пытаться ещё бороться.

Мы выбрали первый вариант. Я пересадил Неведомого Призрака себе на голову, убрал арбалет в непромокаемый пакет и перевалился через борт лодки. Каришка плыла рядом со мной, устало ругаясь и философствуя на тему полезности для здоровья закалки студёной водой. Вода была холоднющей просто до сведения зубов, но другого выхода всё равно не было. Мы вылезли на берег мокрые насквозь, и не теряя времени на отжим и просушку одежды, побежали дальше.