Книга Забаненный 3, страница 30 – Михаил Атаманов

— Не знаю, Пёс, этот тип спал в гамаке в задней части корабля.

— Не «в задней части», а на корме, дурёха! — недовольно поправил полуволчицу пожилой матрос. — Лоцман я, отсыпался после вахты в кормовом кубрике.

— Вот что, лоцман, посиди пока тут тихо, — указал я на ещё одну табуретку. — И помолчи. Не до тебя сейчас.

Старый моряк послушно уселся. С интересом осмотрел следы буйной пьянки в каюте, окровавленный труп своего коллеги по команде — насколько я понял, помощника капитана или боцмана, и безголовое подвешенное за единственную оставшуюся руку тело хозяина особняка. Наверняка при этом отметил статусы «Преступник» у меня и Реи Ури, однако ничего не сказал. Почему подвешенное тело вдруг стало безголовым? Игровая помощница Виги подсказала, что голова Вильгельма Красивого является квестовым предметом, так что я по-быстрому отделил её от туловища и убрал в мешок как очередной трофей. Вот только не знал пока, где эту голову возможно применить, или куда сдать за награду. Задания на него в гильдии авантюристов точно не было, я бы заметил.

Я снова перевёл взгляд на чёрного помощника владельца особняка (или после смерти предыдущего хозяина уже нового владельца, кто знает?) и проговорил негромко.

— Итак, Саймон, к тебе у меня два вопроса. Или даже всего один, если к работорговле детьми зверолюдей ты отношения не имеешь. Не имеешь ведь?

Чёрный хаджит быстро-быстро замотал головой, отрицая свою причастность к сомнительной торговой деятельности. Врал, конечно, но сейчас это было неважно.

— Хорошо. Подсказать тогда, почему я сюда пришёл, или сам догадаешься?

Финансист искоса глянул на стоящую в дверях хмурую Рею Ури с палашом убитого пиратского капитана в лапах, всё сразу понял и отпираться не стал.

— Ну да, взял я деньги у двух наивных зверодевок. А кто бы на моём месте удержался? Эти деревенские простушки светили горстями золотых монет в лапах и на всю улицу рассуждали о невиданной у них сумме. Все воры посёлка Старый Брод за ними шли и облизывались!

— Даже так… — проговорил я протяжно и я обернулся на Рею Ури в ожидании комментария или опровержения. Но волчица лишь опустила голову и отвернусь от меня — видимо, какая-то доля правды в словах хаджита всё же присутствовала, и вели себя мои НПС-спутницы в незнакомом посёлке излишне расслабленно и даже безрассудно.

— Да, да, именно так и было! — видя мою с Реей безмолвную пантомиму, воодушевился говорливый «инвестор». — Если бы не я, эту парочку обчистили бы другие. Я хоть артистично-красиво и безболезненно всё проделал, а могли ведь дубиной по башке приголубить в тёмном переулке, а то и вовсе прирезали бы из-за шальных денег. Так что твоя подружка мне благодарна должна быть за то, что спас её, и она жива осталась. Или что избавил от позора — валялась бы оглушённая без сознания где-нибудь в подворотне, а её молодым телом пользовались бы местные забулдыги, ведь именно к такому исходу всё и шло!

Рея глухо зарычала, собираясь высказать мошеннику что-то крайне нелестное, но я жестом остановил её.

— Саймон, я тебя услышал. Что ж, назвать меня добрым язык не поворачивается, но убивать тебя всё же не стану — это будет чрезмерным наказанием за обман. Выплати всё, что взял у моих знакомых девушек, вместе с обещанными «процентами от инвестора», и можешь быть свободен.