Книга Первая зима, страница 20 – Михаил Атаманов

— Настолько всё плохо, что решил скормить меня жуткому восьмилапу?

— Если у тебя остались силы шутить, значит, выживешь, – усмехнулся я ей в ответ.

— Выживу, конечно. И не такие раны получала на охоте. В моей напоясной сумочке лечебная мазь и эликсиры. Открой сумку, у меня пальцы что-то не слушаются. И отыщи мой охотничий лук, обронила его где-то. Без своего оружия я не уйду, это несмываемый позор для любого шерха.

Пока я искал потерянное оружие Аниты и колчан со стрелами, девушка уже стянула верх своего тёмного облегающего костюма и, не стесняясь своей частичной наготы и моего присутствия, самостоятельно обрабатывала раны. Я помог наложить тампоны и сделать повязку. После чего посадил Аниту на спину восьмилапа и сам уселся рядом. Нужно было действительно спешить, пока Морок не вернулся.

— Сержант, мне холодно. Очень холодно. Обними меня и согрей своим телом.

Голос раненой длинноухой спутницы показался мне каким-то неестественным, тем не менее я выполнил просьбу девушки и обнял её. Но поскольку Аниту всё равно колотило от озноба, я достал из рюкзака свою тёплую рубаху и, несмотря на слабое сопротивление раненой, надел рубаху на Аниту прямо поверх её тонкой абсолютно не согревающей одежды.

— Чужая одежда. Не положено, – всё ещё пыталась возражать девушка слабым голосом, но я её уже не слушал. Достал тёплое шерстяное одело и завернул в него свою спутницу. После чего посадил к себе на колени и снова обнял, чтобы та наконец-то согрелась.

Мы долго ехали молча. Я даже решил, что Анита Ур-Вайе заснула, но она вдруг открыла глаза и проговорила с улыбкой на лице.

— Я даже рада, что получила ранение. Иначе так никогда бы и не узнала, насколько ты заботливый и нежный. Сержант, ты самый привлекательный мужчина, которого я встречала в своей жизни. Поэтому я и согласилась на просьбу Авелии Ун-Понар покинуть родной клан и идти за тобой.

— Что?!

Анита вздрогнула всем телом, словно резко проснувшись. После чего густо покраснела и проговорила смущённо.

— Я приняла лечебное зелье. В его составе содержатся дурманящие ягоды, так что могу нести всякий бред. Прошу, не обращай внимания на то, что буду говорить.

— Да я уже понял, что это бред. Твоя подруга Авелия Ун-Понар как-то говорила мне, что мужчины человеческой расы по меркам шерхов считаются омерзительно уродливыми.

— Это вовсе не так, Сержант! Не знаю, зачем Авелия обманывала тебя. Может, боялась выдать свои истинные мысли и чувства. Откровенно говоря, сильные мускулистые парни человеческой расы нравятся женщинам-шерхам. Мы вас даже иногда обсуждаем ночью у костра, когда наши мужчины не слышат. Только это большой секрет! А хочешь, человек, я тебе и другие наши женские секреты расскажу? Что женщинам нравится, и как нас добиться?

Анита глуповато захихикала. Я же глубоко вздохнул, поправил на бредящей девушке одеяло и дёрнул поводья Болотной Хозяйки, заставляя паучиху шустрее передвигать лапами. Нужно скорее встретиться с моими друзьями и передать раненую девушку-шерха моей сестре Юле, ставшей уже достаточно опытным лекарем. Иначе, боюсь, Анита Ур-Вайе со стыда сгорит, когда придёт в себя и вспомнит этот разговор.

Да что же вы такие убогие? Я был страшно разочарован в своих серых спутниках, сильно тормозящих котёнка и умудряющихся умирать даже там, где казалось это вообще невозможным. Ну ладно переправа через речку. Хотя «речка» слишком громкое слово для того звонкого ручья-переплюйки четырёх метров шириной и глубиной в самом глубоком месте человеку по колено. Я просто перепрыгнул тот ручей в два небольших прыжка – на камень посреди воды, а затем на противоположный берег, после чего побежал дальше, предполагая, что и крысы с такой же лёгкостью преодолеют это несерьёзное препятствие.