Книга Искажающие Реальность 13, страница 50 – Михаил Атаманов

Ответа я не знал. Я вообще мало пока что ориентировался в обществе Доминиона и даже не понимал, какие конкретно привилегии даёт мой собственный четвёртый статус. Насколько успел выяснить, четвёртый социальный ранг — это тоже совсем немного и соответствовало примерно уровню неквалифицированного рабочего, которого начальство всё же решило отметить за многолетний честный труд. Благ такой статус давал ничтожно мало — ни тебе собственного жилья, ни доступа к продвинутому медицинскому обслуживанию, ни даже в переполненных городах с большим населением права жениться и заводить детей. Разве что чуть лучше дадут пайку и чуть чаще на работе будут предоставлять сменную форму взамен пришедшей в негодность, остальные же отличия от первого ранга были похоже совсем уж косметическими. Вообще, было конечно обидно, что меня так низко оценили, но я надеялся быстро это исправить.

Меж тем, двери лифта разъехались, и к нам на сто сорок шестой этаж приехал брутальный инструктор по физподготовке, сверкающий свежими ссадинами и подбитым левым глазом — последствиями устроенного мной и Куколкой утреннего шоу на спортплощадке. Угрюмый громила, имя которого было Адик Кхер, если судить по бейджику на форме, небрежно бросил под ноги девушке пакет с одеждой. И проворчал злобно сквозь зубы, глядя то на меня, то на мою подругу, что о спокойной жизни в учебном центре мы можем отныне забыть, и он сделает всё, чтобы превратить нашу жизнь в один сплошной круглосуточный кошмар.

Ха! Напугал ежа голым задом! Меньше всего на свете была мне нужна спокойная жизнь в «Нова-14». Наоборот, мне как раз и требовалось привлекать к себе внимание всяческими способами и повышать свою Известность, чтобы объяснить окружающим свой статус «герд» — в этом вопросе наши цели с Куколкой полностью совпадали. Вот только, по возможности, мне всё же хотелось поменьше нарываться на всякие штрафы и скорее убрать из своего личного дела характеристику «бунтарь и дебошир», мешающую поднять социальный статус.

А потому с наглецом я поступил вполне щадяще. Не заставил его спрыгнуть с высоченной башни со сто сорок шестого этажа. И даже не приказал ему раздеться догола и пробежать пять кругов по стадиону в таком виде. А всего лишь оставил громилу отжиматься пятьсот раз от пола, запретив прекращать упражнение до полного выполнения и внушив, что иначе его сердце остановится. При этом я объявил наглому надзирателю, что вовсе не мы с подругой его должны бояться, а он вскоре будет ссаться от ужаса при виде меня или Куколки. И будет просить начальство перевести его в другую смену или вообще в другой учебный центр, лишь бы только не пересекаться с нами двоими. Потому как если мне что-то не понравится в его поведении, то в следующий раз он будет уже отжиматься пять тысяч раз или проверять, насколько глубоко его собственная дубинка входит в анус хозяина.

— Зачем ты так жёстко с ним, Вик О-Тор? — спросила Куколка в кабине лифта, когда мы уже спускались. — Он же доложит начальству о нападении, и нам снова назначат штрафные работы или чего похуже!

— Да пусть, — отмахнулся я безразлично. — Свидетелей не было, записей с камер тоже, а без этого на слово «хер Адольфу» никто не поверит, и никаких санкций не последует. Мы же после его жалобы только поднимем свою Известность, что нам на руку. Как учил персонаж одной популярной детской сказки «хорошими делами прославиться нельзя», так что мы будем использовать все доступные способы!