Книга Печать пожирателя 11, страница 17 – Илья Соломенный

После всего, что я сделал, чтобы спасти этот мир, мысль о том, что я мог невольно стать источником его новой погибели, была… Не то, чтобы невыносима — она, скорее, раздражала.

Но игнорировать эту возможность было бы верхом глупости. И потому, скрипя зубами, я отложил древние манускрипты и потянулся к стопке отчётов по Урочищам.

Нужны было просмотреть свежие данные. Возможно, ответ крылся не в прошлом, а в настоящем? В том, как изменился мир после моего великого подвига?

Дерьмо космочервей…

Ментальные запросы были отправлены, древние фолианты изучены (и в них не было найдено ничего полезного) и отложены в сторону. Теперь настало время современных технологий.

Или, точнее, техномагии.

Я откинулся в кресле, и мои пальцы привычным движением вызвали в воздухе над столом прозрачный голографический интерфейс. Он отозвался тихим гудением. Прокручивая список контактов, я нашел нужный — значок, стилизованный под шестерёнку, переплетённую с руническим символом.

Пётр Салтыков, «Маготех».

Соединение установилось почти мгновенно. В воздухе замерцало, а затем сформировалось трёхмерное изображение головы и плеч Петра. Он выглядел уставшим, его обычно аккуратная бородка и длинные кучерявые волосы были слегка растрёпана, а глаза за очками с затемнёнными стёклами прищурены от концентрации.

За спиной друга виднелась знакомая картина: стерильный блеск лабораторного оборудования, мерцающие экраны с бегущими строками кода и энергетическими схемами.

— Марк! — его голос прозвучал радостно, — Вернулся, круто! Что-то случилось, или ты просто решил вспомнить о забытом друге?

— Извини, что без повода не набираю, — тихо рассмеялся я, — У меня зад вечно в огне, сам понимаешь.

— Хоть бы в гости позвал во время своих кратких набегов в город!

— Можно подумать, ты выберешься из своих подземных нор.

Салтыков тоже рассмеялся, снял очки (судя по изображению) и переместился в какое-то закрытое помещение.

— Выкладывай, чего тебе?

— Новые данные, Петя. Очень тревожные и не для широкого круга, — начал я, опуская формальности.

— Не дурак, иначе ты бы не звонил по нашему тайному каналу.

— Юсупов подкинул головоломку. Массовая, тихая одержимость. Никаких следов ментального вторжения, никаких известных паразитов — люди живут обычной жизнью, а потом в один момент совершают «ритуализированное, бессмысленное насилие» — так это официально называется.

Я увидел, как брови Салтыкова поползли вверх. Он не перебивал, слушая с предельным вниманием.

— Пересылаю тебе всё, что у меня есть, — я отправил пакет данных, и на стороне Салтыкова один из мониторов тут же вспыхнул алым, принимая информацию, — Мне нужен твой анализ. Самый глубокий, насколько возможно. Смоделируй эти случаи в «МР», лады? Протяни все возможные нити, найди закономерности, которые, быть может, ускользают от моего взгляда. И открой мне удалённый доступ к симуляциям.

Пётр несколько секунд молча смотрел куда-то в сторону, его глаза бегали по невидимым мне данным. Потом он коротко кивнул.

— Конечно, Марк, без вопросов. Данные принял. Первичный анализ будет готов к утру, подготовка симуляционной среды завершится к завтрашнему вечеру, думаю, — его голос стал деловым, но в нём читалась та самая, знакомая по старым временам, искра азарта. Затем Пётр покачал головой, и в его тоне прозвучала неподдельная озабоченность, — На первый взгляд выглядит… бессистемно. Какая-то спонтанная аномалия с одинаковым эффектом.