Книга Печать пожирателя 10, страница 72 – Илья Соломенный

— Каким образом?

— Через «МР» конечно! Ты забыл что ли, как программы обучения работают⁈ Впишешь в себя кое-что, и не просто вернёшься к прежнему уровню — превзойдёшь его!

— Император заметит.

— А ты подготовь всё в контейнер, чтобы можно было в течение суток в себя загрузить. И воспользуешься, когда я вернусь.

— В каком смысле?

— Я возвращаюсь, друг. И очень скоро.

Салтыков ошеломлённо помолчал, глядя на проекцию Марка.

— Не самая лучшая идея.

— Уж поверь, я в курсе. Но вариантов нет, и времени у нас не особо много. До конца осени случится тотальный @#$%, и я собираюсь его предотвратить.

— Император…

— С Императором я решу вопрос сам.

— Марк!

— Да не бойся ты, — фыркнул Апостолов, — Не собираюсь я его убивать. Просто… Договорюсь.

— Просто, как же!

— Всё, мне пора, друг, труба зовёт. Исследуй мою посылку, возвращайся к работе с «МР», и не расстраивай Императора. Скоро увидимся!

Связь оборвалась так же внезапно, как и началась — силуэт Марка просто рассыпался голографическими хлопьями, которые исчезли на поверхности ковра.

Пётр сидел в тишине. В руке он держал пустой бокал, а где-то на краю сознания уже мерцали чужеродные, пугающие схемы заклинаний древнего прото-бога, которые ему теперь предстояло изучать по приказу двух самых влиятельных людей в мире.

И да, он ставил Марка на одну ступень с Императором, сам того не замечая.

23 августа 2035 года. Древний город Янчэн

Интересно, всем вампирам нравятся дорогие кожаные салоны и едва уловимый аромат сандалового дерева?

Я сидел, развалясь в глубоком кресле, и наблюдал, как за иллюминатором АВИ проплывали покрытые джунглями горные хребты. Наш летательный аппарат, больше похожий на приземистую, угловатую баржу, бесшумно плыл по воздуху в нескольких десятков метров от вершин, а его тень скользила по ковру из вековой зелени.

Илона дремала, положив голову мне на плечо. Её рыжие волосы пахли жасмином — странно домашний запах в этой мрачной экспедиции. Напротив, выпрямившись в креслах, как истуканы, сидели двое сильнейших вампиров из свиты Линь Шу. Их звали Цзюнь и Вэй.

Безупречные, бледные лица, дорогие, но строгие костюмы, взгляды, устремлённые в пустоту. От них исходил лёгкий холодок и энергетический след старой крови — и стали — который я уже научился безошибочно распознавать.

А рядом с ними, у другого иллюминатора, сидел дед.

Дмитрий смотрел на проплывающие пейзажи, и его лицо, ещё недавно застывшее в восковом спокойствии саркофага, теперь было живым, дышащим… и невероятно уставшим.

От него не исходило никаких эмоций — лишь глубокая, бездонная мощь, которую я чувствовал кожей.

Воспоминания о последних полутора неделях в Шанхае пронеслись в голове калейдоскопом ярких и кровавых картин.

Очнувшийся дед выслушал мой рассказ о сделке с «Нефритовыми Драконами» молча. Выслушал и… Кивнул. А потом надел на себя «Броню», которую я ему дал, и просто вышел в город.

Я не видел самой бойни, и не участвовал в ней — и без того дел хватало.

Но я чувствовал её.

Весь Нижний Шанхай содрогнулся от волны ярости, которая исходила от одного-единственного источника. Воздух в эти дни стал тяжёлым и сладким от запёкшейся крови, пока дед бушевал.

«Алый Коготь» перестал существовать. Подчистую — как будто его и не было.