Книга Печать пожирателя 7, страница 29 – Илья Соломенный

Пётр говорил через клона! Использовал его голос, чтобы не терять достоинства, чтобы сохранить образ. Чтобы я видел не кусок мяса, а власть, которая не собирается умирать!

Охренеть… Немного жутковато, если честно.

— Встреча не совсем в парадном формате, — фыркнул клон, чуть склонив голову, — Но время поджимает. А ты, похоже — единственный, кому я могу доверять.

Если то, что говорит Салтыков, правда — у него серьёзные проблемы…

— Что случилось? Как это… произошло?

Клон улыбнулся. Улыбка была похожа на ту, которую я помнил — но при этом отличалась, будто улыбается кукла.

«Чучело» — подумал я, — «Вот уж правда…»

— Меня пытались убить четыре часа назад. Мой АВИ заминировали, подорвали над Реутовым. Мы грохнулись в поле, а затем по нам поработали стрелки. Чистая работа. Ни следов взрывчатки, ни остаточных заклинаний, ни следа стрелков. Мне уже доложили. Просто… вспышка. Как будто пространство само себя проглотило. У меня было меньше трёх секунд. Я успел активировать аварийные щиты, но… Как видишь, это спасло только часть тела. Точнее, того, что от него осталось. А потом мы грохнулись — трое охранников всмятку — и я попытался выбраться даже в таком виде — но попал под обстрел. Конвой сопровождения прилетел меньше чем через минуту, но всё равно слегка опоздал… Парни разнёсли несколько верхних этажей высоток, с которых могли вести обстрел — но киллеры уже исчезли. Суки… Впервые кому-то удалось устроить на меня удачное покушение.

Пару секунд я осмысливал сказанное.

— «Удачное»? Вот же ты, передо мной — живой! Тебя не убили! Твой начальник СБ сказал, что ты при смерти, и я принёсся на всех парах! Думал, что ты тут бредишь, что тебе пара часов осталась, а ты тихонько сидишь и ждёшь, пока тебя восстановят из новеньких «запчастей»!

Клон медленно покачал головой. Его лицо оставалось идеально ровным, но я заметил, как дернулась мышца на шее. Он пытался передать эмоции Салтыкова.

А значит — тот их чувствовал.

— Ты посмотри на мою голову, Марк. Часть мозга уничтожена окончательно, — произнёс клон, — Не просто повреждена. Исчезла! Как будто её… вырезали чистым лезвием. Без боли. Без шума. Осталась только дыра… И пустота там, где были некоторые… воспоминания.

Он сделал паузу. Голограммы над капсулой дрогнули, как будто сама система услышала эти слова и испугалась.

— ЧТО⁈

— Часть моего прошлого просто исчезла, — зло процедил клон, — Но это наименьшая из проблем. Куда хуже, что в меня стреляли пулями с какой-то дрянью и… Искра… — он замялся, — Оказалась заражена. Проклятие засело глубоко. Какое-то непростое, неизвестное лучшим целителям столицы!

— Ты шутишь⁈

Я подошёл к камере жизнеобеспечения и присмотрелся к телу Салтыкова. Его энергетика был разодрана в клочья — и её пожирало что-то… Что-то незнакомое, какое-то проклятье, подобного которому я не видел. И я не был уверен, что у меня получится его искоренить — даже если так, энергетика Петра оказалась повреждена настолько, что восстановить её не представлялось возможным.

— Лучшие лекари столицы пытались очистить мою Искру, — продолжил Салтыков, — Но каждый, кто прикасался к энергетическому сердцу, терял связь с реальностью.

— В каком смысле?

— В прямом. Проклятье перекидывается на любого, кто начинает контактировать со мной магически. Один лекарь сошёл с ума почти мгновенно. Второго пришлось усыпить, когда мои люди поняли, в чём дело. Третий сгорел изнутри за час.