Книга Время, вперед!, страница 119 – Артём Март

— Давай без этой напускной вежливости, — покачал я головой. — Скажи, что тебе не так? У тебя ко мне есть какие-то вопросы?

— Да нет… Говорю ж, все хорошо…

— Или, может быть, — невозмутимо продолжал я, — дело в том, что ты хотел сам начальником стать? Обиделся, что не поставили?

Ковалев аж глаза округлил. Раскрыл рот удивленно, но быстро опомнился и столь же быстро принялся качать головой.

— Да ты че, товарищ лейтенант? — разулыбался он все так же натянуто. — На кой черт мне эта головная боль нужна? Мне…

Он осекся. Отвел взгляд куда-то в сторону. И неуверенно закончил:

— Мне и так хорошо…

— Точно? — спросил я недоверчиво.

— Да точно-точно, — Ковалев сдержанно рассмеялся. — Я вообще не пойму, с чего ты все это взял? Просто… Просто сам понимаешь, когда на заставе перестановки, это всегда дело нервное.

— Да. Понимаю, — ответил я, недоверчиво глядя на замбоя.

Тот еще немного помялся у калитки. Потом прочистил горло и быстро открыл щеколду.

— Ну лады. Пойдем хоть мы глянем, раз Гладко с нами не пошел. Посмотрим на этих новых собак.

Собачник не изменился ни капли. Все то же продолговатое строение с выгулами-вольерами и закрытыми норами для псов, организованных под крышей длинного сарая, стояло все на том же месте.

Изменилось только одно — жители собачника.

Все псы были новыми, и никого из них, кроме волкособов, я не узнавал.

— Вот это Найда, — указал Ковалев на прячущуюся в тени вольера немецкую овчарку. — Первая наша служебно-розыскная. С ней Линек ходит. На все соревнования с ней ездит. В прошлом году даже первое место по округу взяли. А вот тут Патрон сидит. Это вторая розыскная. Тоже молодец, но молодой. Неопытный еще совсем.

Мы прошли вдоль вольеров. Кто-то из псов забеспокоился, почуяв незнакомый запах. Кто-то, прячась от жары, лишь поднял голову, проводив меня взглядом своих умных, ореховых глаз.

— А. Вон куда Линек новых пристроил, — Ковалев ускорил шаг. — Пойдем на них глянем.

Мы пошли в конец вольера.

— А ты не застал пса по имени Булат? — спросил я на ходу. — Был тут такой, когда я служил. Вредный такой, — я улыбнулся. — Я когда призвался, он никого к себе не подпускал. Инструктора потерял при захвате нарушителя. Мне пришлось тогда с ним серьезно поработать, чтоб его в себя привести.

— Слыхал, конечно, — покивал Ковалев. — Его списали с заставы. Но оставили в отряде, чтоб потомство дал. Вон Патрон как раз из его щенков.

Я тут же поспешил вернуться к вольеру Патрона. Глянул на немецкого овчара, что там сидел. Тот, поняв, что к нему проявляют интерес, медленно поднялся в тени, потянулся, а потом робко подошел к прутьям решетки. Глянул на меня ореховым глазом.

— Похож? — приблизился Ковалев.

— Булат был крупней, — улыбнулся я.

— В мамку пошел, — хмыкнул замбой.

— А глаза папины.

С этими словами я протянул псу руку. Тот робко подошел еще ближе, спокойно понюхал. Потом лизнул мне пальцы.

— Молодец, морда, — улыбнулся я. Потом поднялся с корточек. — Ладно. Пойдем волков смотреть.

Оба волкособа суетились в своих выгонах. Они с любопытством обнюхивали углы и стены, запрыгивали в открытые норы, чтобы исследовать свой новый дом.

Однако когда я приблизился, оба подобрались, тут же учуяли меня и подошли к решетке, виляя хвостами.

— Оба-на, ты посмотри какие дружелюбные, — хмыкнул Ковалев. — Как приехали, мне они такими ласковыми не показались.