Книга Они были братьями. Часть 2, страница 118 – Артём Март

— Да, — ответил Хаджи.

Мулла вздохнул. Он передал Коран одному из юношей, стоявших рядом, и скрестил руки на груди.

— Зачем ты пришёл, Хаджи Абдулла? Чего ты хочешь? Ты уже сделал достаточно, чтобы война пришла в наш дом.

Хаджи глянул на Селихова.

— Спроси у него о мечети, — напомнил прапорщик невозмутимо.

Хаджи вздохнул.

— Нам нужен опорный пункт, — выдохнул Хаджи, немного помедлив. — Прапорщик Селихов, — он указал на шурави взглядом, — просит разрешения использовать для этого мечеть.

Старейшины принялись переглядываться. Мулла Саид просто стоял, не сводя взгляда с Хаджи.

— Ты втянул нас в войну, Хаджи. Войну, которую мы не можем выиграть. Карим-Паша силён. У него люди, оружие, лошади. А у нас — горстка крестьян со старыми ружьями и чужаки, которые принесли беду на нашу землю. А теперь ты ещё хочешь отнять у нас то последнее, что осталось? Ты хочешь отнять у нас дом Аллаха?

— Ничего уже не повернуть вспять, — покачал головой Хаджи, — Карим-Паша скоро будет здесь. И нам придётся защищаться. А для этого — нужно организовать оборону у мечети. Построить там баррикады, организовать огневые…

— Карим-Паша не пришёл бы сюда, если бы не они! — вмешался старейшина Абдур-Раззак. Он подошёл к мулле и встал рядом. Его лицо было злым. — Ты сам слышал, что сказал лекарь! Паша идёт за шурави! Если мы не будем мешать ему, он пройдёт мимо!

— Ты правда в это веришь? — разозлился Хаджи, посмотрев на старейшину. — Ты думаешь, он просто пройдёт? Ты думаешь, он не захочет наказать нас за то, что мы приютили чужаков? Ты думаешь, он не захочет забрать наш урожай, наших лошадей, наших женщин?

Абдур-Раззак открыл рот, но ничего не сказал.

— Трое наших уже мертвы, — продолжал Хаджи. — Они пошли к Паше за защитой. Они верили ему. И он расстрелял их, как собак. Если мы не будем сражаться, он убьёт остальных. Убьёт всех.

— Это только слова, — покачал головой мулла. — Ты не знаешь этого наверняка.

— Я знаю, — раздался голос.

Все обернулись. Гуль Мохаммад, самый старый из старейшин, поднялся со своего места. Он опирался на посох и смотрел на муллу своими выцветшими глазами.

— Я знаю, — повторил он. — Я видел, что Карим-Паша сделал с другими. Он не прощает. Он не забывает. Если мы не будем сражаться, мы погибнем. Хаджи прав.

Старейшина замер на мгновение. Опустил взгляд, поджав губы. Хаджи видел, что он хочет сказать ещё что-то, но чтобы выдавить из себя эти слова, старику приходится прилагать очень серьёзные усилия.

— Нужно позволить им организовать оборону у мечети, — наконец выдохнул Гуль Мохаммад.

Мулла побледнел. Абдур-Раззак возмущённо качнул головой. Но тут поднялся и Мир Вайс. Он молча встал рядом с Гуль Мохаммадом. Потом заговорил:

— Разве вы не видите, Мулла? Война уже здесь. Все это время мы наивно полагали, что огонь и меч минуют наш дом стороной. Но… Но я знал. Давно знал, что рано или поздно этому суждено случиться. Наша земля горит, Мулла Саид. Люди убивают друг друга. Люди убивают шурави. И от этого нам никуда больше не деться.

— Спасибо вам, Мир Вайс, — поклонился Хаджи.

Старейшина же не ответил на его поклон. Лицо его сделалось скорбным, и он отвернулся.

Однако теперь на стороне Хаджи было двое старейшин из трёх.

Мулла долго смотрел на них. Потом опустил глаза.