Книга Они были братьями. Часть 1, страница 89 – Артём Март

— Все в хижину. Быстро! — решил я. — Сидим тихо. Если они не знают, что мы здесь, на нашей стороне — эффект неожиданности.

— А если знают? — подал голос Стоун. — Если это ловушка? Если Надир их специально притащил?

Я глянул на него.

— Тогда, Стоун, придерживай свои штаны покрепче.

Стоун моргнул. Открыл было рот, но в этот момент дверь хижины распахнулась. Фокс стоял на пороге, напряжённый, с автоматом в опущенной руке.

— Что-то случилось? Я слышал, как вы…

— Душманы идут! — бросил я. — Давай внутрь.

Первым влетел Громила, Фокс едва успел уступить ему дорогу. За ним — Стоун. Я вошёл последним и прикрыл дверь.

В хижине было тесно. Полумрак. Только угли в очаге светились багровым. Я обвёл всех взглядом.

— Через семь минут тут будут духи, — приказал я окружающим, уставившимся на наше ввалившееся трио. — Занять позиции и ни звука. Огонь открывать только по моей команде. Вопросы потом.

Пограничники зашевелились. Громила шагнул к двери, держа пулемёт наготове — широкоплечий, злой, он застыл, прижавшись спиной к стене.

Фокс метнулся к щели в каменной кладке, что была сразу под крохотным окошком. Прильнул к камням стены. Быстро отвёл затвор и проверил, есть ли в казённике патрон.

Горохов, лежавший у стены, приподнялся на локте. Лицо у него было серое, на лбу выступила испарина. Он с трудом потянулся за автоматом. Когда схватил его, щёлкнул предохранителем. Да так и остался полулежать у стены, напряжённо глядя на дверь.

— Дима, ты как? — хрипло спросил Громила, не оборачиваясь.

— Нормально, — прошипел Горохов. — Не впервой. Если запрутся, ух я их встречу…

— Меня только не зацепи, — невесело пошутил Громила.

— Тут уж как получится, — то ли хмыкнул, то ли поморщился от боли Горохов.

Пограничники заняли позиции буквально в четыре удара сердца. Саша тем временем заворочался на топчане. Попытался встать.

— Лежи, — тихо, но с твердостью в голосе сказал Стоун, придерживая его за плечо. — Не геройствуй. Пользы от тебя сейчас — только мишень.

— Я… Могу драться… Дайте мне автомат.

— Нету автомата, — строго сказал ему Стоун.

— Подберёшь мой, — хитровато глянул я на Сашу. — Если убьют.

Саша ответил мне злым взглядом. Но подчинился. Откинулся обратно, закашлялся и зажал рот ладонью. Придётся ему потерпеть. Душманы точно услышат, если раскашляется.

Стоун повернулся к американцам. Рид и Харрис сидели у дальней стены, ничего не понимая. Видя, как мы переполошились, они не знали, что им делать: встать и бежать куда-нибудь или же сидеть на месте.

— Mujahideen are coming, — бросил Стоун на английском напряжённо. — Get ready.

Рид нахмурился. Переспросил что-то тихо. Стоун не ответил. Американец огляделся, увидел у очага старую чугунную кочергу с загнутым концом. Подобрал. Встал, прижавшись спиной к стене. Харрис, чуть помедлив, схватил поленце, лежавшее у входа — одно из тех, что мы с Надиром заготовили под клинья. Оба американца замерли, глядя на дверь.

Стоун отступил к стене, туда, где лежал Саша. Пистолета у него больше не было. И он сверлил меня взглядом, словно ожидая, что я вот-вот повернусь и верну ему оружие. Я видел выражение его лица: напряжённое, с поджатыми губами и холодными, внимательными глазами, в которых стоял немой вопрос. Но возвращать пистолет я ему не стал.