Книга Позывной: "Дагдар". Часть 2, страница 69 – Артём Март

— Прошу всех выйти, товарищи офицеры, — бросил он. — Пленному нужен покой.

Веденин посмотрел на Шера ещё секунду. Потом кивнул.

— Пойдёмте.

Мы вышли на улицу.

Мальцев нарушил молчание первым.

— Он врёт, — сказал он безапелляционно.

Веденин не ответил.

— Товарищ майор, — продолжил старлей жёстче. — Это же очевидно. Даёт нам какие-то пастушьи сказки. Иди, мол, туда, не знаю куда. Найти то, не знаю что…

— Возможно, — сказал Веденин.

— Не возможно, а точно, товарищ майор!

— И всё же… Ему есть смысл сотрудничать, если он хочет себе долю получше, — задумался майор. — Если рассчитывает выжить и попасть в программу обмена.

Мальцев сжал губы.

— Да он просто хочет, чтобы мы все передохли! — возразил старлей.

— Возможно, — майор кивнул. — Но на фанатика он не похож.

Искандаров посмотрел на меня. Будто бы проверяя, что я сейчас скажу, или, может, просто хотел понять, что написано у меня на лице.

А я молчал.

Молчал, потому что не верил Шеру до конца.

Но и ложью всё сказанное назвать не мог. Слишком много в этих обрывках было такой грязной правды, которую трудно придумать красиво. Тем более в таком состоянии. Махди, торгующий всем, что дышит. Карим-Баша, держащий дорогу. Американцы, думающие, что купили проход, а сами попавшие в чужую игру. И Саша — уже не просто пленный, а товар, за который кто-то уже дал цену.

Веденин повернулся ко мне.

— Ваше мнение, Селихов?

Я поднял глаза.

— Он говорит полуправду.

Мальцев тихо фыркнул.

— Вот, значит, как?

Я не посмотрел на него, уставившись в небо вместо этого.

— Он знает стоянку. Знает Махди. Знает Карим-Башу. Знает про Стоуна больше, чем должен был бы знать простой командир. И всё же знает он не всё. Скорее всего, только урывками.

— Или делает вид, что знает, — сказал Веденин.

— Или делает вид, — согласился я.

Веденин слушал внимательно.

— А по поводу твоего брата?

Я помолчал. Потом проговорил:

— Тут сложно сказать что-то конкретное.

— По прежней информации, он у Махди, — сказал Искандаров. — Это подтверждалось.

— Подтверждалось, — кивнул я. — И Шер мог видеть его уже в плену. Мог слышать про сделку. Мог решить, что она уже состоялась, и Паша у этого Баши. Мог просто врать. А может быть — путать. Вариантов много.

— А вывод? — спросил Веденин.

Я посмотрел на закрытую дверь землянки, за которой Чума громко что-то бормотал сам себе.

— Вывод простой, товарищ майор. Игнорировать его слова всё равно нельзя.

Мальцев резко повернулся ко мне.

— То есть ты предлагаешь поверить раненому духу, который к тому же ещё и в полубреду находится? — нахмурился Веденин.

— Нет, — сказал я. — Я предлагаю не делать вид, что он ничего не сказал.

Несколько секунд мы молчали.

Веденин медленно провёл ладонью по гладко выбритому подбородку. Глаза у него стали совсем холодные. Задумчивые.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Прошу всех в КП. Нужно кое-что обсудить.

В КП было ещё душнее, чем ночью.

Казалось, запахи табачного дыма, керосина и человеческой усталости успели въесться в стены этого места так глубоко, что землянка уже не могла ими не пахнуть.

На столе лежала карта. Лампу оставили гореть, хотя за дверью уже серело утро. Свет её теперь казался лишним, больным, каким-то вчерашним.

Веденин встал у стола. Поставил обе ладони на край карты и некоторое время молчал, глядя на разлинованные на карте горы так, будто хотел выдавить из бумаги ответ силой взгляда.