Книга За речкой, страница 95 – Артём Март

— Пробую. Секунду. Коза, Ветер один. Там коза ходит. Вон, отсюда слышу, как блеет, прием.

Муха некоторое время ничего не говорил. Потом отозвался:

— Поглядывай за ней. Прием.

— Ветер один, предлагаю проверить, — отозвался Андро Геворкадзе, — может где поблизости пастух есть. Могу послать пару человек. Повторяю: предлагаю проверить козу. Как поняли? Прием.

— Понял тебя, Ветер два. Вижу козу. Другого движения не заметно. Прием.

— Это Ветер три, — вмешался я, — Коза могла сбежать из кишлака. По дороге сюда мы слышали, как выли волки. Они сильно скотину пугают. Искать ее могут только на рассвете. Но есть шанс, что где-то рядом бродит лазутчик. Как раз под видом пастуха. Местные наверняка уже знают, что три бронемашины прибыли на точку. Могут пытаться выяснить, в чем дело.

— Понял тебя, Ветер три, — ответил Андро. — А что делать-то? Коза блеет, ходит тут прямо под нами. Если даже кто из местных попрется на рассвете искать, будут неприятности. Прием.

— Ветер два, — отозвался Муха. — Проверьте козу. Повторяю: проверьте козу. Пошлите кого-нибудь. Прием.

— Вас понял. Проверить козу. Направляю Плюхина и Колесникова. Пусть глянут. Прием.

— Хорошо. Только сильно не шумите. Конец связи.

— Зараза, — пробурчал Бычка, когда вернулся на свое место, — я вам, мужики, клянусь. Там что-то в кустах мне по ноге проползло.

Серега Матовой лег по левую руку от меня. Потом перевернулся на бок, отпил воды из фляжки.

— Известно что, — хмыкнул Звяга.

— Что?

— Кобра! Что ж еще? Это ты, Бычка, чудом живой остался. Тут их, этих кобр, пруд пруди в округе.

Явно шокированный словами Звяги, Бычка притих. Я слышал, как он нервно сглотнул, но ничего не ответил.

— Прием, Ветер один! — эфир вдруг взорвался голосом сержанта Геворкадзе. — У нас ЧП! Повторяю, у нас ЧП! Прием!

Я напрягся. Посильнее прижал гарнитуру к ушам, чтобы расслышать голоса остальных командиров через помехи.

— Тихо, Ветер два, — ответил Муха, — без паники. Докладывай. Прием.

— Плюхин под землю провалился! Прием!

— Не понял тебя, Ветер один, — раздался голос Мухи. — Повтори. Что произошло? Прием.

— Плюхин провалился под землю! Не знаю, что случилось точно! Колесников докладывал — он шел первым и провалился! Колесников его не дозвался и вернулся перепуганный, как кролик перед забоем! Какие будут указания, прием?

Я быстро прикинул в уме два и два. А потом, кажется, понял, в чем было дело. И дело это могло быть куда закрученней, чем просто угодивший в беду боец. И куда как опаснее. Если ошибиться — пострадать может не только Плюхин. А этого мне не надо.

— Значит так, Ветер два. Снимайся с позиции. Спускайся вниз и найди Плюхина, прием, — скомандовал ему Муха.

— Это Ветер три, — отозвался я, — не снимайте Ветер два с его позиции. Рискованно. Я могу проверить сам. Возьму кого-нибудь и отправлюсь к месту, где пропал боец. Рацию оставлю. Повторяю: не снимайте Ветер два с позиции. Я могу проверить сам. Прием.

Несколько секунд в эфире царил шум статики. Потом наконец раздался голос командира взвода:

— Понял тебя, Ветер три. Даю добро. Выдвигайся.

— Кто⁈ — из темноты раздался сердитый голос Андро Геворгадзе.

— Свои. Селихов.

Мы с Бычкой медленно, аккуратно шурша растительностью под сапогами, продрались сквозь стройные заросли бузины.