Книга За речкой, страница 12 – Артём Март

С этими словами девушка торопливо пошла в гору, к укрытию. Зия проводил ее азартным взглядом.

— Кажется, я напугал эту девицу, — разулыбался он.

— Тоже пришел попрощаться? — заметил я суховато. — С меня, знаешь ли, хватит на сегодня сентиментальных прощаний.

— Я не знаю, что значит слово «сентиментальных», — проговорил Зия без обиняков и с совершенно равнодушным видом.

— Ну и славно, — я принялся спускаться с насыпи.

Услышал, что Зия топает за мной. Остальные парни застыли на месте, недоуменно наблюдая, как мы с пакистанцем сходим на тропку, что протянулась на дне ущелья.

— Ты идешь не в ту сторону, Зия, — сказал я, не поворачивая к нему головы.

— Да? А я думаю — очень даже в ту, — немного насмешливо отозвался Зия.

Тогда я обернулся к нему. Пронзил холодным взглядом.

— Я иду с вами, молодой шурави, — Зия показал в улыбке свои странно маленькие зубы, — потому что нам с тобой очень даже по пути.

Огромный Зия возвысился надо мной почти на голову. С самодовольной рожей он смотрел на меня сверху вниз так, будто вопрос о его присоединении к нашей группе уже был решенным.

— Благодарю за внезапное рвение, — сказал я сухо. — Но мне хватит шести человек. Возвращайся к остальным, пакистанец.

Лицо Зии померкло. Самодовольное выражение быстро сменилось неприязненным.

Цепочка бойцов, уже несколько растянувшаяся, чтобы отправиться в путь, потихоньку собралась обратно, стала стягиваться к нам. Обернувшись, я увидел, как в нашу сторону торопливо и решительно идет Наливкин.

— Что тут такое? Чего затормозили?

— Скажи, майор, — начал Зия, не сводя с меня взгляда. — Кто руководит этим отрядом, ты или молодой шурави Саша Селихов?

Наливкин помрачнел.

— В чем проблема? Чего вы друг друга глазами сверлите, как остервенелые?

— Я вызвался добровольцем, — пожал могучими плечами Зия. — А товарищ Селихов, кажется, против. А мне это странно. Больше людей — лучше. Разве не так?

Наливкин вздохнул. Глянул на меня.

Слишком подозрительной мне казалась резкая перемена в настроении Зии. Он открыто высмеивал мою идею. Открыто ей противодействовал, а теперь вдруг вызвался добровольцем? И с чего бы это? Откуда у пакистанского перебежчика вдруг взялось такое странное рвение помочь мне?

Это было очень подозрительно.

Зия повел себя очень странно, когда мы обсуждали план операции. Когда говорили о лидерах группировки душманов, что хозяйничали сейчас в кишлаке. Более того — одного из них он знал, пусть и не лично. Неужто услышал о коллеге и решил прийти ему на выручку? Слишком опасная личная инициатива.

Пусть Зия и попросил Абдулу и Карима приютить меня у себя, но пакистанец явно сделал это не из добрых побуждений. Скорее всего — из личной выгоды. Все же я не знал, какой у него договор с советскими спецслужбами. Что такого ему пообещали, что старый солдат так просто решил переметнуться?

В общем и целом я совершенно не доверял Зие. И не хотел, чтобы он выкинул что-то такое, что совершенно не входило в мои планы.

Можно было бы спросить его прямо, но я понимал — такой шаг будет бессмысленным. Пакистанец все равно не скажет правды.

Выяснять отношения с ним прямо тут, сейчас, я не собирался. У меня просто не было времени на это. А тем более — желания.

— Командую я, — ответил ему Наливкин, — но я прислушиваюсь к словам Саши. А Саша говорит?..