Онлайн книга «Шпионские игры»
|
Даже когда отряд советских солдат стал выползать из своих укрытий где-то в камнях, ступор не отступил. Нафтали видел темную, стройную фигуру, спустившуюся по левой стене скалы и спрыгнувшую на тропу, прямо к лежащим там «Аистам». «А где остальные?» — Промелькнуло в голове вожака «Черных Аистов». Тень опустилась к одному из еще живых моджахеддин, отобрала и отбросила автомат, которым тот неуклюже пытался воспользоваться. А потом Нафтали отчетливо услышал, как нож зашелестел в ножнах. Расстояние до шурави было приличным, не меньше десяти метров. Нафтали знал, что не мог бы услышать звука вынимаемого ножа. Не мог, но услышал. Шурави был один. Он опустился к душману и добил его ножом. Потом встал, медленно переступая погибших, опустился к другому раненному. Убил и его. Нафтали поразило, как Шурави делал это. Он убивал совершенно непривычным для командира «Аистов» образом. Нет, движения его были четкими и быстрыми, как того и требовалось. Однако, в них не было ни ярости, ни жажды убийства. Шурави не наслаждался смертью своих врагов. Он убивал их с холодной головой, чтобы закончить их страдания. — Стой! Стой! — Внезапно Нафтали услышал изломанный болью, хриплый голос одного из своих людей. Он узнал этот голос. Кричал воин по имени Садо. Он был хорошим моджахедом. Убил много шурави. А еще немного говорил на русском языке. Откуда он знал язык врагов, Нафтали не знал. Да и никогда не интересовался этим. До сегодняшнего дня, это умение его «Аиста», казалось, Нафтали совершенно бесполезным. Ведь зачем разговаривать с тем, кого ты должен убить? А теперь все изменилось. Сейчас Нафтали хотел бы знать, о чем они с шурави повели разговор. — Стой! Ты… Я… — Захлебывался Садо, — не надо убивать… — Ты и так уже умрешь, — раздался в ночи тихий голос шурави. Голос был моложавым, но тон его оказался холодным. Таким, каким обычно не говорят молодые, полные огня в душе мужчины. Так говорят старые, бывалые войны, пережившие большую войну. Их манеру речи, являющуюся отражением внутреннего спокойствия и хладнокровия ни с чем ни спутать. Нафтали и раньше слышал такие голоса. Слышал среди своих «Аистов», а еще у бывалых советских офицеров, которых ему доводилось убивать. Но этот мужчина был слишком молод для офицера. Молод для того, кто успел бы пережить немыслимое военное время. — Пощады… — Взмолился тогда раненный душман, — не убивать… Пощады… — Ты истечешь кровью раньше, чем тебе успеют помочь, — сказал Шурави. — Такая смерть будет очень неприятной. Нафтали лежал на спине, обратив лицо направо, к тропе. Он хорошо видел темный силуэт худощавого советского солдата, возвышавшегося над умирающим «Аистом», лежавшим у его ног. А потом шурави опустился. — Меня… Меня звать Садо… — залепетал «Аист», — Садо. Как тебя?.. Как звать тебя? — Как меня звать, нет никакой разницы, — спокойно ответил солдат. — У меня есть мать. Есть жена… Они… — У тех советских людей, кого ты убил, тоже были матери. У многих были жены. — Нет… Пощада… Нет… В этот раз шурави не ответил Садо. Тогда «Аист» простонал свои последние слова: — Ты… как шайтан… «Шайтан» — единственное слово из их короткого разговора, которое понял Нафтали. Садо затих, когда солдат ловким движением вонзил ему нож прямо в сердце. Потом солдат поднялся, осмотрелся. Живых аистов не осталось вокруг. Никого, кроме Нафтали. |