Книга Шамабад должен гореть!, страница 72 – Артём Март

Когда Ваня закончил, все молчали. Шумел Пяндж. Речной ветер выл где-то в скалах, оставшихся позади.

Внезапно Клим Вавилов рассмеялся. Смех его был нервным и прерывистым. Но быстро передался и другим. Захихикал, а потом захохотал Сагдиев. Ваня Белоус растянулся в робкой улыбке, но и он принялся смеяться. Семипалов заржал в голос.

Система в этих местах шла высоко. Проводной связи тоже не было. Потому Вавилов с Сагдиевым вернулись немного назад и поднялись по пограничной тропе выше, чтобы выйти на связь с Шамабадом.

Участок тут был проблемный, если говорить о связи, и на такой случай Вавилова снарядили переносной рацией. С нее он и должен был доложить на заставу о ЧП.

Когда они вернулись к медведю, у которого мы ждали все это время, Клим сообщил, что шеф едет к нам конным, чтобы посмотреть, чего мы тут настреляли.

Таран приказал частью сил двигаться дальше и оставить двоих, чтобы дожидались у медведя.

Ваня Белоус решил оставить Сагдиева и Семипалова. Остальных повел дальше по участку к тропе, по которой мы должны были подняться к системе, а оттуда добраться до стыка и проследовать обратно.

Берег на нашем пути снова сужался. Пяндж подступал близко. Река тут была неширокой, но довольно глубокой. Течение становилось бурным и непредсказуемым.

— Вот завидовать нам будут, — сказал Ваня Белоус и опустился к собаке, чтобы взять Ворона на поводок, — ползаставы эту зверюгу хотела пристрелить.

— Зато системщики спасибо скажут, — ответил я с улыбкой. Потом вдруг замер на месте. Всмотрелся вдаль.

— Там! Скорее!

Я перекинул ремень автомата через голову, разместив АК в положении «на спину» и ринулся бежать.

— Э! Сашка! Ты куда⁈ — Крикнул удивленный Ваня выпрямляясь.

То, что увидел я, заметил и Клим. Потому тоже, под звонкий лай забеспокоившегося Ворона, пустился следом.

— А, сука! — Дошло наконец до Вани, и он тоже побежал.

Все потому, что я видел, как на середине реки барахтается и борется с течением человек.

— Быстрей! Там кто-то тонет! — Кричал я на бегу.

Мы двигались быстро, преодолевали камни и большие коряги, что вынес сюда Пяндж.

Человека несло. Он пытался выплыть, но постоянно тонул. Потом вдруг остановился на месте. Течение стало накрывать его суровой волной. Видимо, схватился за подводную корчу большого высушенного ствола, лежавшего на афганском берегу.

— Утонет! — Бросил Клим.

— Нет! Вроде держится! — Крикнул я, когда мы встали у низкого обрыва, не доходя пары десятков метров до корчи, где держался человек.

Я принялся снимать автомат и подсумки.

— Я за ним!

— Саня, не торопись! — Крикнул Белоус.

— А так утонет! — Ответил я, скидывая бушлат и стягивая сапоги.

Когда выпрямился, увидел еще кое-что.

— А… черт… — Проговорил я.

— Чего? — Удивился Клим.

— Там девушка. Это девчонка тонет.

— Девчонка⁈ — крикнул Ваня Белоус.

Я ему уже не ответил, потому что сделал два шага и рыбкой нырнул в речной поток.

Тело тут же обдало холодом. Ледяная вода обжигала лицо, норовила попасть в нос и рот.

Я всплыл быстро. В шуме потока слышал, как с берега кричат и волнуются пограничники. Кто-то, я не понял кто, кинулся в воду за мной следом.

Я плыл. Бешено работал руками, стараясь скорее преодолеть реку до того берега. Течение сейчас было мне помощником и влекло к корче и девчонке, что все еще боролась с бурным потоком.