Книга Смертельный дозор, страница 120 – Артём Март

Алим как-то жалобно уставился на Ваню Белоуса, ходившего сегодня в старших наряда, добавил:

— Он хороший. Порядочный и добрый человек.

— Сумку на землю, — невозмутимо приказал Ваня охотнику, а сам обратился к Алиму: — А что ж твой «порядочный человек» за воротами системы ходит?

Курбан растерянно улыбнулся. Стягивая с плеча самодельную шерстяную сумку, заговорил:

— Я, ребятки, наверное, заплутал. Увлекся охотой и зашел, куда мне заходить не надо.

Курбан бросил сумку поближе к нам, и Вася Уткин медленно приблизился к ней. Подобрав, стал осматривать.

— Здесь мясо какое-то, — сказал он.

— Это вкусности, — буркнул виновато Курбан, — для моей Сауле.

— Для кого? — Грубовато промычал Ваня.

— Для Сауле. Моей соколихи. Я соколиной охотой промышляю.

— Тоже мне, — хмыкнул Вася Уткин, — дворянин нашелся.

Курбан растерянно опустил взгляд.

— Ваши документы. Можно? — Спросил Белоус, медленно приближаясь к Курбану.

— Конечно-конечно! Они у меня в кармане! Разрешите, я достану?

— Давай.

Курбан потянулся к карману своего драного ватника, деликатно достал и протянул Ване скомканную бумажку.

Пограничник, повесив автомат на грудь, принялся ее разворачивать, потом читать.

— Справка из сельсовета, — пробурчал Ваня, — так. Маджидов Курбан Айратович… Тысяча девятьсот двадцать пятого года рождения. Регистрация…

Ваня пробурчал что-то себе под нос, потом поискал еще что-то глазами. Заключил:

— Справка у вас просроченная, товарищ Маджидов.

— Знаю, знаю, сынок, — рассмеялся старик несмело, — новую мне получать без надобности. А эту я всегда с собой ношу в кармане, как раз на такой вот случай.

Погранцы переглянулись. Я сказал:

— А чего ж вы, товарищ Маджидов, так далеко забрались? Да еще и за систему? Как сюда проникли?

— Ну…

Старик уставился на меня, и глаза его странно блеснули. Я быстро понял, что он узнал меня, но только сделал вид, что видимся мы с ним в первый раз. Видать, решил так меня подкупить. Мол, я тебе услужил, а теперь ты мне услужи. Ну уж нет. С нарушителями у нас разговор короткий.

— Тропка тут одна есть… Козья… — пробурчал он несмело. — Я по ней далеко не захожу, а тут потерял Сауле из виду. Испугался. Ну и забрел, куда не следует. Случайно…

— Случайно? — Я вопросительно приподнял бровь.

— Случайно, сынок.

— А это ваше? — Я показал Курбану мертвого голубя.

— Это голубь, дикий. — Разулыбался он добродушно. — Наверно, Сауле поохотилась.

— Дикий, значит, — сузил я глаза холодно, — Алим?

— М-м-м?

— Раз ты с ним знаком, скажи, держит он голубей?

Алим, явно симпатизировавшей Курбану, опустил взгляд в землю, буркнул:

— Держит.

— Только для красоты. Декоративных, — поспешил оправдаться старик.

— Где декоративные, там и почтовые, — мрачно заметил Ваня.

— Я деда Курбана хорошо знаю, — не сдавался Алим, — он хороший. Чего всю заставу по пустяку полошить? Ну зашел не туда. Ну с кем не бывает? Ваня, давай его отпустим?

Ваня нахмурил брови. Как-то нерешительно отвел глаза.

— Алим, ты на пушту читаешь? — Оторвав взгляд от записки, спросил я.

— Плохо. Говорю лучше.

— Сможешь разобрать, что тут?

Я передал записку Алиму, тот уставился в нее. Помрачнел.

— Последнее слово разобрать не могу. Но сначала идет время и место, — заключил он разочарованно.

— Надо задерживать, — холодно проговорил я, заглянув Курбану в глаза.