Книга Ученик Белого Дьявола 8, страница 71 – Джон Голд

Ну-с! Пора узнать, ради чего придётся подписывать документ о неразглашении.

21 сутки (день)

Орбитальная станция «Магеллан»

На экране Гринч, улыбаясь, заходит в здание космопорта. Гобб Тош в ту же секунду понял, что ничем хорошим это не закончится.

[Меня провели!]— Ярость начала закипать в груди Тоша. — [Гринч хотел, чтобы я подставился, дав ложную наводку⁈ Каков наглец! Не выросли ещё те зубы, что вцепятся в мой зад… Он прибыл на станцию ровно в то время, когда я сплю. Затем улетел аккурат до пробуждения. Видимо, как-то узнал мой график и подгадал момент.]

Через два часа Гоббу пришло сообщение от «Морозова». Гринч подал заявление о злонамеренном преследовании. За выслугу лет Гобба попросили ответить устно, имело ли место подобное.

Тош честно ответил:

«Я поступил как порядочный сотрудник ИСБ и предупредил коллег на Титове-Три о том, что к ним отправляется проблемный колонист. Всё в рамках дозволенного. Никаких прямых нарушений нет. Обвинения беспочвенны».

Ещё через шесть часов заявление Гринча вдруг пропало. Гобб облегчённо выдохнул, думая, что у «сорняка» не хватило улик и «Морозов» срезал его лояльность до нуля. Вскоре выяснилось, что всё с точностью до наоборот. Парень сам отозвал заявление.

Через час пришло личное сообщение от Седрика Муна, отвечающего за службу безопасности в Стиксе:

«Не смей больше втягивать меня и моих ребят в разборки с Маркусом Гринчем. Мне максимум два года до пенсии осталось».

Не прошло и минуты, как Гобб вскочил со стула. Тош не рядовой сотрудник ИСБ… Он мастер выживания в террариуме, который называют офисной работой. Полагаясь на опыт более чем двадцати лет службы, Гобб понял, как дальше будет развиваться ситуация:

[Учитывая безумную активность «сорняка»… запас времени от пары дней до десяти. За это время Гринч пройдёт квалификационное задание, и лояльность поднимется до десятого уровня. Затем «Лазарь» вызовет Серцею на приватный разговор с полиграфом. А она хоть и носительница Старшей Крови, но врать совершенно не умеет.]

Покинув свой кабинет, Гобб сам пришёл к аграфке. Не сказав ни слова, он оглядел её скромное рабочее место. Затем отключил все камеры и записывающие устройства в помещении.

Серцея удивлённо раскрыла рот. Её личный имплант нейросети тоже отключился. Тош воспользовался давно поставленной закладкой.

[Никогда не знаешь, когда женщина решит тебя предать.]

Аграфка в изумлении уставилась на гостя. Власть, продемонстрированная Гоббом над её судьбой в этот момент, побила все мыслимые рекорды.

— Надо поговорить. — Гобб глянул на аграфку и сам включил запись под протокол. — Гринч сбросил мой поводок в Стиксе, и местное ИСБ больше не будет помогать. Скоро «Лазарь» вызовет тебя на разговор. Есть только один способ сделать так, чтобы ты не раскололась.

Про себя Тош добавил:

[И не утащила меня вслед за своей стремительно рушащейся карьерой. Кто же знал, что «сорняк» умудрится обвести меня вокруг пальца!]

Серцея должна соврать «Лазарю», но при этом сама не знать, что говорит неправду.

[Есть только один способ сделать так, чтобы ИскИн это не проверил. Частичная блокировка памяти через гипнограмму.]

Гобб знал, где, кто и как это сможет сделать. Блок на памяти рассосётся через пару месяцев.