Книга Ученик Белого Дьявола 8, страница 118 – Джон Голд

[Пора,] — подумал я и выпустил разом всю энергию, скопившуюся в моём духовном сосуде.

Маркус Гринч

Скопившаяся во мне энергия прошла сквозь границы духовного сосуда. Кожа, кости, мышцы — казалось, тысячи крохотных иголок прошили меня насквозь, ища путь наружу.

Чистое и сжатое до предела проявление стихии воды… столкнулось с ещё более величественным её проявлением снаружи. Две стены силы столкнулись, образовав вокруг меня сферу диаметром в пять метров. Кровь ручьём хлынула из носа, а мышцы свело от судорог. Шум в ушах, возникший из-за долго сдерживаемого напряжения, вдруг перешёл в отчётливый женский голос.

Стихия говорила… И она была в ярости!

— НЕ СМЕЙ, ЛОДСИКЕР!.. Я не стану тебе больше помогать.

Столь же сильная ярость огнём вспыхнула в глубинах моей души.

— Я не Лодсикер, а Маркус Гринч.

Только в этот момент я осознал, что могу говорить, находясь в воде. Сфера из энергии немного сжалась. Снаружи внутрь неё проникла женская фигура в длинном невесомом белом платье. Тело соткано из воды. Волосы походили на прозрачные бриллианты. Тонкие слои льда заменяли ей одежду.

— Леди. — Кивком приветствую гостью.

— Лодсикер! — прошипела дама. — Даже три с лишним тысячи лет спустя я узнаю твои повадки… Твой голос, почерк из чистой воли, выцарапавший своё имя на ткани мироздания… Безумец, одержимый Любовью, Верой и Надеждой… Тот, кого не отпускает ни Жизнь, ни Смерть.

— Я НЕ ЛОДСИКЕР! — голос пропитали сталь и холод, которых я сам не ожидал. — Но я и впрямь готов перекроить вселенную ради той, кого люблю всем сердцем.

Дамочка, прищурившись, уставилась на меня.

[Или сквозь меня⁈]

Затем вдруг очутилась слева и, казалось, принюхалась. Потом появилась справа и провела пальцем по щеке.

— Ты не тот Лодсикер, которого мы знаем! И не та часть Мудреца, что шла всеми мыслимыми дорогами, чтобы её забыть… В итоге все пути всё равно вели к ней… Нерея, Нерея, Нерея… Веками я слышала это имя… Я не вижу той злости, что разрывала изнутри… Выходит, Мудрец нашёл способ избавить свою личность от этой части… Да-а-а! Точно.

Смотрю на даму, появившуюся на прежнем месте. Всё такую же яростную и неуловимую.

— Значит… Мы были знакомы в прошлой жизни?

Улыбнувшись, дамочка вдруг превратилась в двухметрового мужика. Тот тоскливо смотрел на Луну, появившуюся на границе сферы из энергии…

— В следующей жизни, Нерея, — произнёс он мягко, — я найду тебя раньше!

Миг — и стоящий передо мной образ снова стал женским.

— Он рисовал самим пространством её образ, — закричала дама в платье. — Придавал камню нужную форму, чтобы увидеть её лицо… И выл от тоски так, что даже в мире сил слышали его голос. ТАКИМ был Лодсикер, которого никто из ныне живых не видел.

Образ, сотканный из воды, вдруг снова стал мужским.

— Я не сломался! — взревел Мудрец. — Ни в прошлом, ни в настоящем, ни в будущем… Я никогда, слышишь *?*№;'№!.. Никогда не сдамся!

Я обомлел от увиденного. Лодсикер произнёс те слова, которые я считал своим главным правилом по жизни. Никогда не сдаваться!

Дама снова появилась, но выглядела чуть иначе. Моложе, мягче, с куда более спокойным взглядом.

— Ты же ей пишешь. Опять⁈ На выдуманный номер.

Снова мужской образ.

— Прекрати.

Опять женский.

— Вот-вот. — Дама кивнула. — Даже века спустя ты продолжаешь по ней скучать… И боишься увидеть однажды, что абонент в сети. А набрав, услышать: «Алло!»