Книга Ученик Белого Дьявола 4, страница 28 – Джон Голд

— СТОЯТЬ! Что ты себе позволяешь!.. Скабре?

— Ой, надо же, — произнёс я, удивлённо хлопая глазами. — Какая большая крыса. Пардон! Это же вы, мистер Вальц. Вы прям чудом выжили, не иначе. Наверное, героически прикрывали собой отступление защитников Ностромо?

— Арестовать его! — рявкнул Кристоф, находясь в шоке. — Я сказал арестовать!

Вот только рядом не нашлось ни стражи, ни членов гарнизона… Ни вообще хоть кого-то, кто желал бы подчиняться Вальцу. Вокруг нас лежали сотни трупов.

Обенель резко остановился рядом со мной и поднял шпагу.

— Никаких арестов! Он со мной.

— Я сказал… — Кристофа затрясло от злости.

— Нет, — жёстко повторил старик, глядя на дознавателя. — Скабре спас мне жизнь дважды. Возможно, и весь город. Поэтому здесь и сейчас я говорю тебе нет. Тронешь его, и я лично приду за твоей головой, Кристоф.

— Да как ты… — Вальц гневно задышал. — Предатель. Вы оба предатели! Я лично сообщу об этом Лорду.

Обенель не шелохнулся. Плюнув старику под ноги, дознаватель подошёл к защитному барьеру и прошёл сквозь него.

Не надо быть мудрецом, чтобы понять, как эта подлая змеюка оказалась единственным выжившим на втором узле обороны.

[Старик при любом раскладе побежит к Валентайну. Его ничего больше в мире не интересует. Если я сейчас без него пойду за барьер, Вальц меня со свету сживёт.]

До Обенеля тоже дошёл смысл услышанного — старика начало мелко трясти.

— Ч-что между вами двумя случилось?

— Вальц хочет пустить меня в расход, — пожимаю плечами. — Можно сказать, у нас личная вражда.

— Теперь её не будет, — старик произнёс это как уже свершившийся факт. — Я должен вернуться к моему Лорду…

Обенель замолчал, а я понял, что ему с каждой минутой становится всё хуже. Тяжело вздохнув, я указал на Аукционный Дом.

— Оставьте меня здесь. Потом я скажу, где именно сейчас Лорд Валентайн.

Сжав сабли, старик секунду думал, а затем кивнул. Здание Аукционного Дома накрывал сплошной купол защитной формации. Барьер такой толстый, что выдержит осаду похлеще нынешней.

Из-за двери выглянул знакомый охранник. Завидев залитого кровью Обенеля, он побледнел.

— Впустить, — старик указал саблей на меня.

— Господин заместитель! У нас режим осады. У меня нет возможности кого-либо впустить.

— Хм. Логично. — Старик порылся в кармане и кинул мне белую каменную бляху. — Это знак моего личного представителя. В пределах Ностромо он открывает двери куда угодно… Вернёшь потом. Я дал слово чести и держу его.

Развернувшись к южной стене, Обенель спросил:

— … Г-г-где мой лорд?

Преодолевая усталость, я запустил несколько сканирующих волн в режиме луча. Валентайн сражался на земле сразу с парой орков. Плотность частиц в Духовном Море оказалась недостаточной для полёта.

— Бегите по крышам прямо на юг. Лорд Валентайн сражается у левого края южной стены. Орки его теснят, чтобы их пехота могла… Тьфу ты!

Не дослушав меня, Обенель на полном ходу бросился в указанном направлении. Махнув на него рукой, я направился к зданию Аукционного Дома. Ощутив импульс энергии от белой каменной бляхи, формация чуть приоткрылась, впуская меня внутрь.

На поясе висело аж пять пространственных сумок, доверху набитых всевозможными трофеями.

31 января (три часа дня)

Лорд Пакур Валентайн

У южной стены Ностромо шла битва адептов Золотого Ядра [3+]. Саму стену снесли уже раз десять. Ударные волны и выбросы силы разных стихий перемололи ближайшие кварталы. Последний кусок первой защитной формации смело, отчего половина города теперь лежала в руинах.