Книга Ученик Белого Дьявола 3, страница 76 – Джон Голд

— Жаль, — пожимаю плечами. — Придётся оставить ваше тело диким животным. Не люблю копать могилы.

— ХВАТИТ! — скупщик ударил кулаком по столу. — Абеней, ты ведёшь дела со мной! Нечего зыркать на всех подряд. Сдавай свой товар и катись на все четыре стороны. А ты, Скабре, научись держать язык за зубами.

Довольно улыбаясь, я помахал рукой главарю банды «Волчья Голова».

— Я живу в квартале ополченцев-новичков!

Довольно скалясь, Абеней кивнул. Для него вся эта перепалка — не более чем игра с новичком. Скупщик недовольно сопел, но ничего в этот раз не сказал. Помощники главаря высыпали на стол кучу вещей.

Минуту назад, заметив странное поведение Прошки, я провёл пассивное сканирование мешков с трофеями клиентов. Потому сейчас меня не удивила гора вещей, некогда принадлежавших другим адептам.

Не надо иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться, КАК банда «Волчья Голова» зарабатывает на жизнь. Они охотятся не на монстров, а на других адептов. Абеней, улыбаясь, указал на заляпанный кровью шлем и произнёс:

— Леса около Ностромо довольно опасные. С добровольцами чего только не случается. То камень на голову упадёт. То отравленной стрелой гоблины в ногу ранят.

— Понимаю, — киваю Абенею и указываю себе на грудь. — Кстати, классная броня!.. Мне такая пригодится.

В тот же миг улыбка сползла с лица Абенея.

— Ты труп, Скабре!

Всё это время Прошка стоял ко мне спиной. Не по своей воле… Он инстинктивно чувствовал, что никого из гостей нельзя выпускать из виду.

За время вялого торга спина скупщика покрылась холодным потом. Речь стала сбивчивой, а цены неточными. Рассчитавшись с бандой «Волчья Голова», он проводил их до двери. Потом ещё добрых полминуты смотрел им вслед.

Стоило Прошке повернуться, как я сразу поднял руку.

— Стоп! Не надо ругаться, уважаемый. Мы в глухомани империи. И да! Я знаю, что за южной стеной законы людей не действуют… Да, я понял, чем эта банда разбойников зарабатывает на жизнь. Уверен, они и Ностромо приносят пользу, уничтожая монстров. Поэтому стража смотрит на пропажу добровольцев сквозь пальцы… И нет! Я ни в коей мере вас не осуждаю. Да, я осознанно нарывался.

— ЗАЧЕМ! — вспылил скупщик, заламывая руки. — Я же тебя спасти пытался! Абеней знает правила и в городе тебя не тронет. Однако стоит выйти за стену, как ему о тебе сразу же доложат. У него всё схвачено! Он в Ностромо уже пять лет. Видел чёрточки на его доспехе? Этот псих реально отмечает даты смерти тех, кого убил!

— Он хищник.

— А ТО Я НЕ ЗНАЮ! — заорав, скупщик указал на стеллажи магазина. — Это граница, парень. Я не по своей воле у него всё это барахло скупаю! Либо так, либо мою лавку сожгут ночью ко всем чертям.

— Вы не поняли, — качаю головой. — Хищники боятся только тех, кто их может ранить.

Прошка нахмурился.

— Чего? В смысле, ранить?

— Раненый хищник сам может стать чьей-то добычей. Поэтому Абеней старается подавить всех, кто может его ранить. Вас, кстати, тоже! От него исходит что-то вроде «Ауры страха». У вас под конец торгов речь стала спутанной. Вы ему заплатили си-и-ильно больше нужного.

— Что…

Ещё раз глянув на товар, Прошка беззвучно зашевелил губами, проводя какие-то расчёты.

— … Вот же чёрт! Я дал ему на тридцать процентов больше того, что можно выручить за этот хлам. Как про ауру узнал?