Книга Девятый. Книга 3, страница 22 – Алексей Валерьевич Шмаков

Григорий Константинович согласился меня подкинуть и уже через несколько секунд я был возле комнаты, где и оставил Восьмую. Из-за закрытой двери доносились голоса, которые были мне очень знакомы.

— В последнее время они очень много времени проводят вместе, — сказал Вяземский, перед тем как уйти.

Я же постоял ещё немного перед дверью, собираясь с мыслями и только после этого вошёл в комнату, заставив всех присутствующих вмиг замолчать. Секунда и в мою сторону бросились сразу две девушки. И среди них не было Ниссы. Если в том, что хочет у меня узнать Велена я был уверен, то намерения Яны были для меня загадкой.

Нисса же при моём появлении покрылась румянцем и отвернулась. Мой поцелуй явно не прошёл даром.

— С императором всё в порядке, к вечеру должен будет прийти в себя. Мы с Ильёй Валерьевичем полностью восстановили его, — сработал я на опережение. Велена только собралась задать мне вопрос, но не успела.

Моих слов вполне хватило, чтобы она, не останавливаясь, пробежала мимо, скрывшись за дверью. По-любому теперь будет сидеть возле отца, пока тот не придёт в себя.

Проводив Велену взглядом, я обернулся к Яне, которая мялась, явно собираясь с духом, чтобы заговорить. Да и выглядела она, как-то странно. Словно перед ней стоял не я, а сам император. Напряжённая и напуганная.

Впервые вижу Яну в подобном состоянии. Обычно она всегда была уверена в себе. Никого и ничего не боялась. А тут такая резкая смена поведения. Говорить я ничего не стал, лишь вопросительно поднял брови, но этого оказалось вполне достаточно, чтобы девушка заговорила.

— От имени всего рода Шуйских я прошу простить нас. Мы не смогли сдержать данные вам с Ниссой обещания. Не смогли защитить. Из-за нашей слабости вы оба подверглись большой опасности. И только благодаря чуду остались живы.

Пока Яна говорила, рядом с ней встал Максим и судя по его выражению, он полностью разделял позицию сестры. Мне даже стало интересно, что он такого будет говорить.

Сам я даже не думал держать зла на кого-нибудь из Шуйских. Во всём случившемся их вины было столько же, сколько и любой войне прошлого. Если кто и был виноват, то только я. Ведь это именно из-за нас с Ниссой на их поместье напали и устроили ту бойню. Мы стали первопричиной всего случившегося. А в том, что Ниссу и Максима удалось захватить работорговцам и вовсе нет ничьей вины. Разве, что людей ответственных за земли Шуйских. Они позволили преступникам свободно разгуливать по землям своих хозяев и похищать людей.

Но думаю, что за время с момента похищения, все виновные уже были наказаны. Виктор Петрович хоть и может показаться добродушным, но не простит подобного промаха своим людям.

— Это я во всём виноват. Я не смог защитить Ниссу от лап работорговцев и в этом проклятом торговом доме был беспомощен. Поэтому если кого и нужно винить, то только меня, — перебив сестру произнёс Максим.

Похоже, что он уже неоднократно говорил это Ниссе. После слов Максима с её лица исчез румянец, она нахмурилась и слегка сжала кулаки. Да и сидящий напротив Ниссы Кирилл, также отреагировал очень красноречиво. Сперва он закатил глаза, затем закрыл их рукой и покачал головой.

Здесь всё понятно, нужно немного поставить на место мозги моему ученику. А то такими темпами, он начнёт обвинять себя абсолютно во всех бедах, что случились с нами.