Книга Хранитель рода государева, страница 126 – Алексей Валерьевич Шмаков

Кулак уже почти сжался, когда его остановила тень.

Что за…

Посмотрев вниз увидел горящие яростью глаза Суворова. Где спрашивается, он силы взял?

Но похоже, что полностью опустошённым был лишь индеец, а Воевода решил поиграть в благородного и дать своему врагу шанс на победу, выступив с ним на равных условиях.

Старые вояки они, что все на голову больные? Или как? Я просто не понимаю.

— Я сказал не лезь! — заорал Суворов.

— Да пошёл ты! — добавив максимум силы в доспех, я сломил сопротивление тени, и мой кулак сжался.

За спиной послышались предсмертные хрипы. Наш главный враг убит. Посмотрев в ту сторону, я в последний момент успел закрыть собой Воеводу и поставить перед нами кровавый щит, который не сильно помог против устремившихся в нас струй плазмы.

Индеец перед смертью всё же смог нанести последний удар.

Сперва разлетелся кровавый щит, а следом за ним не выдержала и моя броня. Единственное, что я успел сделать, это перенаправить удары, отклонив их от жизненно важных органов.

В моём теле мгновенно появилось множество новых отверстий, но эти раны не были смертельны. Зато они были безумно болезненными. Плазма прошила моё тело вместе с защитой насквозь, оставляя после себя оплавленные раны.

Через пару секунд я заорал от дикой боли. Мне вторило гулкое рычание Воеводы. Похоже, ему тоже досталось. Но раз рычит, значит, живой.

Сейчас нам нужно как можно быстрее вернуться к нашим и валить на встречу к эвакуационной команде.

Вот, правда, сам я передвигаться не мог. Обе ноги имели минимум по паре попаданий.

— Высеку! Ох, как же я тебя высеку! — причитал Суворов, вытаскивая меня из этого овражка.

Его зацепило дважды и оба раза прошлись по касательной, оставляя довольно глубокие подпалины.

— Невыполнение приказа вышестоящего по званию. Раз. Дезертирство с поля боя. Два. Вмешательство в поединок. Три. Да тебя за подобное расстрелять мало!

Вот только никто не будет этого делать. Дураки они, что ли, связываться с Кровавым вороном, пусть и младшим.

— Иди в жопу… — только и смог ответить я, сжимая зубы от невероятной боли.

— Вот же засранец. — хохотнул Суворов, мгновенно меняя своё настроение. — Весь в отца. Вас обоих надо бы высечь. Да только боюсь с Мишей не смогу справиться. И этого татуированного нужно как можно скорее доставить в столицу. Теперь толерасты не отвертятся. Скоро такая каша заварится.

Воевода говорил и говорил, вот только я уже перестал воспринимать его слова. Во рту пересохло, в голове начало шуметь, а перед глазами поплыли разноцветные круги.

Как мы добрались до наших и двинулись навстречу эвакуационному отряду я не помнил.

Снова воспринимать реальность я начал лишь после того, как увидел перед собой напуганное лицо бледной словно сама смерть Дайнаны.

В этот момент уже заканчивалась посадка на эвакуационные самолёты.

— Живой. — тихо произнесла девушка. Из глаз у неё покатились слёзы.

— Я же тебе говорила, что ничего с ним не сделается. Охранители рода императорского очень живучие. Знала бы ты, сколько народу их хотят убить, но все ссутся в штаны, вызвать на поединок. Ик.

А вот это, что-то совершенно новое. Даша, что пьяная? Что же у них тут творится в Афганистане? Как, а самое главное чем, они смогли напоить одарённую!

И с чего Даша разговаривает с Дайнаной, словно они уже давние подруги?