Книга Угасший род. Живой артефакт, страница 139 – Алексей Валерьевич Шмаков

— Боюсь, что не смогу ответить на все ваши вопросы, князь. — осторожно подбирая слова, начал говорить Прохор. — Просто из-за того, что сам ничего не знаю. С того момента, как я стал дворецким, я словно сроднился с поместьем. Знаю, что происходит в нём, в каком оно состоянии, и могу очень быстро перемещаться в его пределах. Единственными зонами, куда мне закрыт доступ, являются сокровищница и хранилище родового источника. Можно сказать, что я стал самим поместьем, как бы странно это ни звучало.

Нечто подобное я предполагал и без признания Прохора. Он же каким-то непостижимым образом всегда знает, когда я появляюсь в поместье или когда выхожу из своей комнаты и так далее. Всегда появляется в нужный момент и всегда готов помочь. Уверен, что так происходит не только со мной, но и с младшими.

— Это происходило постепенно и как-то очень естественной словно так и должно быть. Словно эти способности были у меня с рождения. Также и с Вениамином. Изменённые растения стали слушаться его. Он начал понимать природу. Ту её часть, что касается флоры. Ну а историю Владислава, вы знаете. Мы предполагаем, что таким образом поместье решило обезопасить себя до возвращения хозяев. Отец говорил, что само здание является сложнейшим артефактом.

— Это не так. — сказал я, прислушиваясь к своим ощущениям.

Здание точно не являлось артефактом. Возможно, смогу найти ответы в сокровищнице, или у родового источника. И отправиться туда бы прямо сейчас, но нельзя. Теперь появились новые заботы и главной из них стали способности Василисы. Я должен понять, что именно она получила от родовой земли.

— Прохор, ты сможешь остановить сильного мага, если он решит буянить внутри здания?

— Могу это гарантировать. Находясь внутри поместья, я могу справиться с любым противником. И неважно, насколько сильным он будет. Поэтому можете не волноваться за юных господ, даже когда они гуляют, я могу их защитить.

— Что же ты в таком случае позволил Ольге Михайловне броситься на помощь тому каменному медведю? — спросил Воевода, скривившись от боли в рёбрах.

— Он не нёс никакой опасности для юной госпожи. Подозреваю, что это она позвала медведя и разрешила ему зайти на территорию поместья. Ольга Михайловна очень сильно сроднилась со стихией земли. Я ощущаю её присутствие в поместье всё отчётливее.

— С Ольгой разберусь немного позже, сейчас сперва нужно поговорить с Василисой. Прохор, проследи, чтобы она больше не позвала никого. Шум, ты пока остаёшься здесь, и это не обсуждается. Заодно присмотришь за ранеными. Мне сегодня ещё нужно будет заглянуть в гости к Панкратова. Сказал, что подъеду к трём часам. Ты будешь меня сопровождать.

Этого для Воеводы хватило, чтобы не спорить. Времени, чтобы хоть немного восстановиться у него осталось совсем ничего. Да и мне будет гораздо спокойнее, если Бунин останется в поместье. Здесь он сможет быстро отреагировать на любую угрозу.

Ещё необходимо было заглянуть к Кроту и узнать, что с Танком, но сделаю я это после разговора с сестрой.

Оказавшись на улице, взял дружинника из дежурного отряда в качестве проводника и отправились в нужный сектор. Граница с угодьями проходила по небольшому, довольно редкому подлеску. Невысокие деревья росли в окружении каких-то кустарников, изменённых под влиянием угодий. Листья могли быть самой причудливой расцветки. Даже совершенно чёрные, но при этом абсолютно здоровые. Издалека подобное смотрело очень странно. И вообще, я только сейчас оказался настолько близко от границы стихийных охотничьих угодий. И это ощущалось весьма непривычно.