Книга Системный Предок 2, страница 131 – Алексей Валерьевич Шмаков

Запрет на использование Ци, запрет на использование артефактов, запрет на использование других массивов и формаций. И ещё один очень странный запрет, назначение которого я вот так сразу не смог понять. Но точно могу сказать, что он связан с Дией. Возможно, создавался специально под неё. Такой индивидуальный массив, чтобы обезвредить всего одного практика.

Получается, что эти трое боятся ученицы великого магистра. Точно, я же один сейчас могу разговаривать.

— Я бы на вашем месте очень хорошо подумал, прежде чем нападать сразу на двух учеников Великого Магистра Таофея.

Мои слова вызвали недоумение на лицах орденцев. Рунная вязь массива засияла ещё сильнее, пытаясь приструнить наглую букашку, которая посмела пойти против воли её хозяев. Вот только она ничего не могла со мной сделать. Рассчитанная на подавление ядра, оказалась слишком слабой перед духовным источником. Руны пытались лечь на него и заблокировать, но все проваливались внутрь, добавляя в мой внутренний мир дополнительную каплю силы.

— Каких ещё двух учеников, когда всем прекрасно известно, что у сумасшедшего старика только одна ученица? Такая же сумасшедшая, как и он сам. Единственная, кто смог выжить и стать костью поперёк горла у совета ордена, — ответил мне главный из этой троицы. Тот, что обещался уничтожить Форпост и саму память о нём.

— А вот таких: великий магистр Таофей Риал взял меня вторым учеником. И после этого сказал, что я теперь под его защитой. Любой, кто посмеет посягнуть на мою жизнь, будет иметь дело с ним.

Орденцы переглянулись, и между ними прошёл мгновенный обмен духовной энергией. Под действием массива это было прекрасно видно, даже без особых техник и всего прочего. Едва различимое марево, начавшее путешествовать от одного орденца к другому.

Или, может, я стал настолько сильнее после эволюции внутреннего мира? Даже спросить об этом не у кого. Здесь и старик Ван Лао не поможет.

— Сумасшедший старик не говорил таких слов даже сестре Дии, которая является четвёртой десницей магистра ордена Небесных Страников. А это титул, который получают самые сильные приближённые магистра.

— И какие десницы вы?

Я поднялся и начал разминать ноги. Всё же просидел в позе лотоса достаточно долго, а потом в ней же боролся за свою жизнь. На этот раз массив решил попробовать нахлабучить меня рунной вязью прямо так, на физическую оболочку. Только не смог продвинуться дальше идеи. Стоило первому символу коснуться моей ноги, как он тут же исчез.

А вот таким образом я смогу поглотить весь массив. И плевать, что в его создании принял участие практик, уже открывший свой внутренний мир. Раз он решил, что безнаказанно может лезть ко мне, то милости просим — буду только рад такому подарку. Ева и Арчибальд найдут ему применение.

Но неизвестный практик явно не был дураком и после второй неудачной попытки отозвал рунную вязь. Я же лишь хмыкнул и продолжил разминаться в ожидании ответа от орденцев. Они молчали, но обмен информацией между ними не прекращался ни на мгновение.

— Вторая, третья и пятая, — всё же ответил главный среди орденцев. Должно быть, именно он вторая десница.

Сомневаюсь, что остальные станут подчиняться более слабому. Как я уже понял, в ордене очень строгая иерархия, выстроенная по принципу: кто сильнее — тот главнее.