Книга Окинава 2, страница 139 – Алексей Валерьевич Шмаков

Понятия не имею, что произошло, но между Хирояки и Немезидой в воздухе столкнулись две невидимые силы, высекая искры, словно там были настоящие клинки. При этом девушка и капитан стояли всё в той же позе и даже не шевелились.

— Спасибо, учитель, что считаете меня равной. Вы будете гордиться мной. Надеюсь, что один из нас умрёт без сожалений, — прошептала девушка после того, как на её броне сразу в двух местах появились повреждения, из которых начала сочиться кровь.

— Хватит на сегодня смертей. Остановитесь. Умереть здесь должен только я, — остановил всех хриплый голос Зверя, уже полностью превратившегося в человека. И это действительно был отец. Точно такой же, каким я его себе представлял. — У меня совсем мало времени. Заражённая кровь вскоре возьмёт верх, и тогда вы должны будете убить меня. А пока слушайте. Я расскажу, как можно избавиться от Ульфа Сканнинга и навсегда скинуть с Вериго рабское ярмо заражённых.

После этих слов весь мир вокруг замер. Исчезли звуки далёких сражений, перестали искрить повреждённые узлы цитадели, никто не произнёс ни слова, и лишь тяжёлое дыхание Витольда Рагнара давало понять, что со слухом и восприятием у нас всё в порядке.

Гея сообщила, что это довольно интересная техника, создающая в определённом радиусе зону подавления, и попасть в эту зону было практически невозможно. В ней могли находиться только те, кто оказался здесь в момент создания. Так что можно сказать, что до того момента, пока техника не исчезнет, нам точно никто не помешает.

Теперь необходимо помочь отцу и разобраться с экипажем «Харона». Хирояки явно не собирался слушать даже отца и продолжал сражение со своей ученицей, которая встала на нашу сторону. Встала из-за Аеллы.

— Гефест, ты же смог очистить дочь королевы висперов от яда заражённых, так сделай это и с отцом, — связался я с изгоем, который очень внимательно слушал отца.

— Не выйдет. Там я вмешался в геном ещё на моменте формирования плода. И в дальнейшем проводил ещё несколько вмешательств при помощи довольно специфического оборудования, которое было создано мной на основе утраченных технологий та’арцев. Но даже если мы оказались бы в моей лаборатории, то на очистку генома от яда заражённых потребовалось бы несколько циклов. У Витольда нет столько времени.

Дальше я обратился к Кингу и к Вите, но они также ничем не могли помочь. Юная королева смогла успокоить разум берсерка и загнать его в дальний угол, выпустив истинную личность отца, но как долго она сможет удерживать монстра, было неизвестно. Даже её ментальных способностей было недостаточно, чтобы избавиться от него.

Я смотрел на отца, пытаясь добиться ответа от общемирового информационного поля, но и оно ничем не могло мне помочь. Данных было нереально много, и среди них ничего подходящего.

А тем временем отец говорил. Рассказывал свою историю, как он попал к Ульфу Сканнингу и сопротивлялся, при этом подвергаясь чудовищным пыткам, но регенерация не давала отцу умереть. Сам Сканнинг делал его тело ещё крепче, насильно внедряя разные техники и навыки.

Заражённые смогли найти способ, как обойти ограничения не только по количеству внедрённых техник и навыков, но и по преодолению разницы в порядках.

Это всё происходило систематически лишь для того, чтобы в один день тело и разум отца дрогнули. Это стало переломным моментом. Сканнинг смог добиться трещины, через которую начал проникать в саму суть первого ученика Лютера Кинга, небольшими порциями вливая в него отраву заражённых, делая его самым верным своим последователем.