Книга Магазин волшебных питомцев 4, страница 70 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

— Аркадий Львович, вы двадцать лет изучаете флору данжей. Объясните нам простыми словами, что произошло в Сокольниках?

Профессор оказался сухоньким, лысоватым и абсолютно счастливым человеком. Он говорил быстро, глотая окончания, и явно ждал этого эфира лет сорок.

— Простыми словами? Извольте. Nymphaea margaritifera, кувшинка перламутровая, — вид, интродуцированный в водоём номер два из Разлома болотного типа. Акустическая активность растений этого рода зафиксирована давно, она описана ещё в отчётах экспедиции, и ничего сверхъестественного тут нет. Это репродуктивная стратегия! Низкочастотная модуляция служит сигналом для видоспецифичных опылителей. Проще говоря, друзья мои, — профессор развёл ладони, — цветок пел, чтобы его нашли и опылили.

— И почему же он раньше молчал?

— Потому что опылители остались в Разломе, их биологические особенности не позволяют адаптироваться к нашему климату и составу атмосферы. Но теперь он нашёл замену. Как это произошло — вопрос открытый. Возможно, спонтанная адаптация популяции. Возможно, случайное совпадение факторов. Я склоняюсь к тому, что мы наблюдаем редчайший случай экологической самосборки.

Я почесал Фурию за ухом и промолчал. Экологическая самосборка. Пусть будет так. Ей-богу, звучит гораздо приличнее, чем «майор в отставке пятнадцать минут уговаривал картофелину со дна озера спеть серенаду и сосватал ей шмелей».

— Умный! — одобрил Архимед, глядя на экран.

Камера ушла на второго гостя — парня лет девятнадцати, в толстовке и с таким лицом, будто он вот-вот сорвётся и от скуки достанет смартфон.

— Егор, вы стали свидетелем. Расскажите, что вы почувствовали?

— Ну… — Егор посмотрел в камеру, потом на профессора. — Мы там с ребятами сидели. И оно как… запело.

— А что вы почувствовали? — терпеливо повторил ведущий.

— Красиво было, — сказал Егор. — Прям очень.

— Спасибо! — искренне обрадовался ведущий и повернулся к третьей гостье.

Розовые волосы, длинные ногти со стразами, наклейка с сердечком на щеке и абсолютная уверенность в собственной правоте. Похоже, какая-то блогерша.

— Виолетта, ваша версия?

— Ой, ну тут вообще всё понятно, — Виолетта откинулась в кресле. — Кувшинки — это водные сущности, да? У них чакры. И вот когда над Москвой открылся канал светлой энергии, у них чакры разблокировались, и они запели. Я, между прочим, за три дня до этого выложила медитацию на воду. Совпадение? Не думаю.

Профессор снял очки. Медленно. Так снимают очки люди, которые взвешивают возможные последствия применения силы.

— Чакры, — сказал он безжизненно. — У кувшинки.

— Семь, — подтвердила Виолетта.

— Ведьма! — гаркнул Архимед, вскинув хохолок веером. — Розовая ведьма!

— Согласен, — сказал я. — Но громкость сбавь.

— Видите ли, — вещал профессор, — всё дело в чистой биологии…

— Ой, ну какая биология! — перебила его блогерша. — Это же просто супер-эстетично! Я уже создала хэштег #ПоющиеЦветы, и у меня десять тысяч просмотров за час! Это буквально вайб магического лета!

— Шарлатаны! — гаркнул Архимед, перебивая телевизор. — Сказки! Птичка знает! Дэнька сделал! Глупые люди! Глупые!

Четвёртым в студии сидел мужчина в костюме — представитель дирекции парка. Он выглядел благодушно. Всё же посещаемость парка наверняка выросла после Дня Кувшинок. Бодро сообщил, что расширены дорожки, открыты три новые точки питания, введён экскурсионный маршрут, а сбор растений теперь ограничен пятьюдесятью граммами на человека в сутки.