Книга Магазин волшебных питомцев 6, страница 76 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Динь-динь!

Кулинарное шоу «Сделай мутанта на коленке» объявляется открытым. Система восхищена вашей жаждой наживы!

«Эта акула лежала в стазисе с тех пор, как я её получил. Её фактически не существовало. Для неё нет ни аквариума, ни документов, ни будущего, и единственный шанс на настоящую воду и настоящую жизнь — вот этот человек. И я сделаю акулу такой, чтобы он её любил, а не просто засунул в аквариум и забыл».

Система промолчала. Первый раз за долгое время ей оказалось нечего сказать. Но зато у меня нашлось что спросить.

«Не ленись, рассчитай вероятность успеха, дорогая. Только без иронии, дай цифры».

Расчёт вероятности… Анализ совместимости компонентов… Сопоставление с биологическим профилем цели…

Вероятность успешной мутации: 94%.

Примечание: Шанс того, что рыба просто подавится вашим «шедевром», составляет 6%. В любом случае, зрелище обещает быть незабываемым.

Стук в дверь.

Одним движением я убрал посуду, перчатки, пакет от корма и пыльцу в Инвентарь. На столе осталась только доска с тунцом. Рядом с ней я материализовал распахнутый чёрный футляр. Пустой, подкладка из тёмно-синего бархата хранила отпечаток чего-то округлого. По факту, я перед выходом из магазина просто впечатал туда мячик, который любит грызть Зефир. Но смотрелось так, будто там только что лежал какой-то артефакт.

— Войдите.

Давид скользнул в подсобку. Его взгляд прошёлся по столу — рыба, пустой футляр — и на лице посредника проступило едва уловимое понимание.

— Вы что-то задумали, — сказал он. Это прозвучало как факт, а не вопрос.

— Ядро, — я кивнул на футляр. — Катализатор эволюции. Больше такого у меня нет, так что второй раз этот фокус не повторю.

Про ядра все знают — это обычный путь эволюции. Добывать их сложно, данжеры-охотники рискуют жизнью ради них. Стоят они дорого, результат не гарантирован, а применение опасно. Но совершенно легально. И главное, это снимает любые подозрения в нестандартных способах развития питомцев. Пусть я и сказал клиенту, что акуле нужно просто покушать, но даже ёжику будет понятно, что зверь эволюционировал. Так что прикрытие необходимо.

Давид помолчал. Потом произнёс всё тем же деловым тоном, но с лёгким нажимом на каждое слово:

— Я надеюсь, Денис Валерьевич, что ваш зверь выдержит процедуру. Мой клиент… крайне чувствителен к страданиям животных. И вы совершенно точно не хотите, чтобы такой человек проявил к вам неблагосклонность.

Я посмотрел ему в глаза и улыбнулся. Холодно, одними губами.

— Тогда нам обоим стоит помолиться за успех, ведь привели меня сюда именно вы.

— Аминь! — торжественно провозгласил Архимед. — Рыбке — удачи! Птичке — орех!

* * *

Мы вышли из подсобки. Я нёс тунца на доске, как блюдо в зал ресторана. Заказчик даже не повернул головы — лежал в шезлонге и отрешённо перебирал остатки виноградной грозди.

Я подошёл к краю бассейна и посмотрел вниз.

Акула кружила у дна, как заведённая. Обтекаемое тело скользило в толще бирюзовой воды, грудные плавники чуть подрагивали, корректируя курс. Она уже освоилась, и стрессовые выбросы из жабр прекратились.

Я закрыл глаза и потянулся к ней по каналу.

Никаких слов. Акулий мозг — древняя, примитивная машина, заточенная под три задачи: двигаться, есть, выживать. Лобные доли размером с горошину, зато обонятельные луковицы — с грецкий орех. С ней нельзя разговаривать, можно только транслировать образы и ощущения.